Текст

Однажды я получил важный урок.

Расчётно-сметный отдел состоял из трёх человек. Сметчица Женя, сметчица Настя и их начальник Сергей Трофимович Етишкин. Втроем они размещались в крошечном кабинете, площадью в двенадцать квадратных метров. Два из которых Сергей Трофимович занимал сам по себе.

Ему было под шестьдесят и внешностью и манерами он больше всего был похож на слишком рано проснувшего по весне медведя.

Как и в случае с медведем - встреч с Сергеем Трофимовичем следовало избегать, а общение сводить к минимуму. Етишкин мало интересовался эмоциональным комфортом собеседника, был прямолинеен и называл вещи своими именами. При других обстоятельствах от него, скорее всего, уже давно бы избавились, если бы не одно весомое “но”. Он был действительно крутым сметчиком. Получить от него подписанную смету это было всё равно, что получить путёвку в жизнь. Дальше что угодно могло пойти не так, но в правильности его расчётов можно было не сомневаться.

К сожалению, такая точность достигалась благодаря невероятной дотошности Етишкина к любой, даже самой незначительной детали. Получив исходные данные, он первым делом задавал менеджеру миллион каверзных вопросов. Не получив удовлетворительного ответа (а ответы, с его точки зрения, не были удовлетворительными никогда) он затевал обстоятельный и едкий монолог. Начинался он всегда с текущего вопроса. Но минут через 20 мог каким-то загадочным образом перейти, скажем, на взгляды Сергея Трофимовича на внешнюю политику Северной Кореи.

Слушать его было нелегко. Особенно потому, что он обладал поставленным в военном училище командным голосом и был немного туговат на ухо. Вести с ним диалог было всё равно, что разговаривать с работающей турбиной самолета - тяжёло и совершенно бессмысленно.

В общем, я очень хорошо подумал, прежде чем идти в кабинет сметного отдела. Но клиент требовал у меня итоговую стоимость работ и всё никак не отставал. Так что я глубоко вздохнул и отправился в обитель Етишкина. Выяснять, что там с моей сметой.

Стояла холодная зима. Окна кабинета были плотно закрыты. Крошечное пространство было прогрето батареями и частично - обширным телом Сергея Трофимовича - до состояния тропической жары.

В комнате пахло. Чем-то специфическим, смутно знакомым и крайне неприятным. Я посмотрел на сметчицу Женю. Она сидела с пунцовыми щеками и старательно печатала что-то на клавиатуре, не глядя в монитор. Я посмотрел на Настю. Она, с еще более пунцовыми щеками, внимательно изучала лежащий перед ней чистый лист бумаги. Обе старались не дышать. Тогда я перевел взгляд на Сергея Трофимовича.

Он беззаботно уплетал жёлтого полосатика, отравившего атмосферу вокруг. И не обращал на пунцовых подчиненных ни малейшего внимания.

- А! Здравствуй-здравствуй! Дорогой! Хорошо, что ты ко мне зашёл! - громогласно поздоровался Етишкин. От чего мебель в комнате завибрировала, а растительность на моём лице заколыхалась от колебаний воздуха. Я с тоской подумал о том, какое химическое средство поможет мне избавиться от запаха полосатика в бороде. Тут явно требовалось что-то для промышленных нужд.

- Ну что мой хороший?! За сметой пришёл?! - продолжал реветь Сергей Трофимович. - А ты не торопись! Присядь!

Тут у него в груди что-то заклокотало и он мощно откашлялся. У меня зазвенело в ушах.

- Нет, спасибо. - Отчетливо слыша, каким неубедительным и писклявым звучит мой обычный баритон, ответил я. - Я тут пожалуй пост…

- А скажи мне! Пожалуйста! Мой дорогой! Был ли ты на объекте?! И осматривал ли ты его самостоятельно?!

На объекте я был. И осматривал его собственными глазами. Но вопрос явно был с подвохом. Я всё же утвердительно кивнул, стараясь сообразить куда дует ветер этой беседы.

Ветер изо рта Етишкина между тем продолжал дуть в лицо сметчице Жене. Беспощадно портя ей причёску и выдувая слёзы из её огромных голубых глаз.

- Тогда ответь мне! Пожалуйста! Как так вышло! Что у тебя в техническом задании! Прописано два километра асфальтовых дорог! А очистку от снега для них ты указываешь один! Один! - Сергей Трофимович поднял средний палец. - Раз в месяц! Как такое! Скажи мне! Может быть?!

Для внятного ответа нужно было перебрать в голове данные по пяти имеющимся у меня в работе объектам. Мне надо было выиграть время. Поэтому я начал было с уклончивого:

- Дело в том, что я думаю…

- Вооот! - Обрадованно перебил меня Етишкин. - Вот оно! “Я думаю”! Давай-ка я тебе сейчас расскажу в чём разница! Между “я знаю” и “я думаю, что я знаю”! И поверь! Тебе это очень пригодится по жизни!

Сергей Трофимович явно поймал волну. И остановить его теперь было всё равно, что пытаться остановить поезд на полном ходу. Судя по мученическим лицам Жени и Насти, они этот урок слушали далеко не в первый раз.

- Вот представь! Сидишь ты с другом, скажем, - Етишкин поверх очков с сомнением осмотрел мою бороду, кожаный браслет на запястье и футболку с надписью “Avada Kedavra, bitch”, - ну скажем, в баре! Разговариваешь о том о сём! И тут он тебя спрашивает: “А сколько у тебя на руке волос?”! Ты задумываешься и говоришь: “Наверное полторы тысячи штук”! Ну допустим! Ну для примера!

К этому моменту я начал догадываться, почему люди ломаются на допросах. Догадка была в том, что в комнату для допросов наверняка кладут жёлтого полосатика. Етишкин, между тем, продолжал рокотать на весь этаж:

- И тут! Представь! Рядом с тобой возникает двухметровый амбал! И говорит: “Таааак. За свои слова надо отвечать. Сколько ты сказал? Полторы тысячи? Ну давай считать”! Прижимает твою руку к столу мёртвой хваткой! И начинает из твоей руки волосы по одному выдергивать!

Я подумал, что по сравнению с моим текущим положением это был бы не самый худший способ провести время. Но вслух ничего не сказал. Етишкин явно был недалеко от развязки.

- И вот! Доходит он до тысяча пятисотого волоска! Показывает тебе на оставшиеся! И говорит: “Так. Ты неправду сказал. Что будем делать? Как будешь за вранье отвечать?”!

Етишкин выдержал театральную паузу.

- Я это тебе всё рассказываю! К тому, что данные должны быть точными! Чтобы ни один заказчик нас потом условиями контракта в долги не загнал! Понимаешь?!

Я кивнул.

- Так что иди, мой дорогой, и уточни информацию по асфальту!

Я поднялся и шагнул к двери, всё ещё пытаясь выудить в памяти ситуацию с асфальтом на объекте.

- Ах да! - остановил меня у порога голос Етишкина. - И по ёлкам декоративным тут тоже данных недостаточно!

У меня на объекте не было никаких ёлок.

- У меня на объекте не было никаких ёлок. - Незамедлил сообщить я.

- Как это - не было? - Внезапно упавшим голосом спросил Сергей Трофимович. - Стоп. А. Это я не твой объект смотрю. Вот по твоему объекту, подписанная.

Он не глядя протянул мне листок со сметой. Я благоговейно взял его в руки. И снова отошёл к порогу.

- А с ёлками тогда чья же хрень тут у меня лежит... - Угрюмо бормотал Етишкин, копаясь в почте.

- А с ёлками - это Савельева объект. - Подсказал я.

Сергей Трофимович замер и сердито засопел.

- Знаю, - наконец процедил он, хмуро глядя в монитор.

- Или - думаете, что знаете? - Не удержался я и пока Етишкин поворачивал голову в мою сторону, поспешил исчезнуть из кабинета.

Ввиду своей профессиональной деятельности постоянно сталкиваюсь с негативными сторонами человеческой природы. Этот случай врезался в память.

Батя обратился к детям, чтобы выбить с них алименты на его содержание. Сам Батя был не особо внимателен к нуждам своих потомков и свалил из двух семей, оставив после себя троих детей, которым сейчас от 30 до 45 лет.

Я представлял интересы сына, а попутно консультировал дочерей, покуда мы были на одной стороне. Дочери поведали о двух эпизодах, которые и дают основание для выдвижения этого кандидата на столь "почетное" звание.

Эпизод 1. Свадьба старшей дочери. Праздник, подарки пусть и скромные и вот подарок от папы - Завещание на имя дочери. Ну то есть в период торжества, Батя подарил ей лист своего Завещания, по которому всё его имущество отходит ей. Всё бы ничего, но дочери тогда было 18 лет, ему около 50 (не самый смертный возраст). Но самое главное, имущество можно пролюбить, а завещание можно отозвать в любой момент, что Батя и сделал через несколько месяцев после свадьбы.

Эпизод 2. Младшей дочери исполняется 14 лет и она получает паспорт. Через несколько дней после ДР дочери, объявляется Батя (он тогда уже не жил с ними и не платил никакого содержания) который под предлогом внезапно нахлынувших отеческих чувств предлагает дочери покататься по городу и погулять. Мать дает согласие, да и дочь не против. Едут они, катаются и батя привозит её в одно из мест, в котором снимают офисы и там же находится какая-то контора. Батя значит заводит её в контору и просит у неё паспорт, а потом даёт бумаги на подпись, дочери четырнадцати лет! Оказалось, что контора эта типа Гербалайфа или около того, сетевая помойка и Батя пытался подписать свою дочь на платную рассылку их товара, за какие-то дикие деньги. Она ему пыталась возразить "Пап, я только получила паспорт, у меня же нет денег!", - Да это ничего, ты главное подписывай!"
До сих пор не могу понять, что происходило и происходит сейчас в голове у этого Бати, на суде он тоже отжигал, но это не так интересно.

P.S. Суд таки проиграли и теперь каждый из его детей должен выплачивать ему символическую сумму ежемесячно, до самой его смерти, либо пока он в лотерею не выиграет.

Вернее не установить,а подогнать размер под размер проёма.Когда купили,раздвинули для пробы.Потом валялся  какое-то ввремя.Сейчас решила усстановить,а он ни туда,ни сюда.Где у него кнопка,Урри?

https://pikabu.ru/story/vrach_na_dom_ili_zvonok_v_desyat_vec...
У нас ситуация была диаметрально противоположная.
У мужчины разболелось горло. Пошёл на работу. Вернулся вечером с температурой 39. Решили вызвать скорую, так как жаропонижающие результата не дали.
Скорая приехала быстро, поставили гнойную ангину (не помню, как по-умному они её назвали). Что-то вкололи, предложили госпитализацию. Мужчина мой больниц не любит, ехать отказался. Тем более, у меня тогда были выходные, я вполне могла за ним проследить.
Сотрудники скорой передали информацию о вызове и сказали, что завтра надо будет ждать врача, который детально осмотрит, сделает назначения и откроет больничный лист. Последний пункт был очень важен, так как мужчина до армии занимал немаленький пост на государственном предприятии, и легко мог потерять работу.
Весь следующий день мы просидели дома, даже продукты нам доставка привезла - я очень боялась пропустить визит врача, хотела сама с ним все обсудить. Но врач не пришёл. После звонка в регистратуру мы узнали, что на участок женщина ушла около 14-00, звонили мы где-то в 17-00 или чуть позже. До 21-00 терпеливо ждали.
После девяти вечера моё терпение закончилось. Великий интернет подсказал номер горячей линии Минздрава, куда можно позвонить круглосуточно (во всяком случае, так было полтора года назад). Очень приятная женщина внимательно выслушала нашу проблему и сказала ждать завтрашнего утра.
В итоге на завтра уже чуть позже восьми нам набрал какой-то заведующий поликлиники нашего района, а примерно через час врач была у нас дома. И что бы ни говорили про строгую отчётность в медицине, больничный лист она-таки открыла задним числом. Правда, только после того, как не смогла объяснить, почему не пришла вчера (а она очень хотела, даже пришлось показать чеки от доставки, чтобы доказать, что домофон работает, и она не могла прийти, поцеловать закрытую дверь и уйти), и узнала, чем это может грозить.
Собственно, морали особой нет. Просто иногда так бывает.

Однажды я просто слушал.

Был самый конец ноября. По всем приметам вот-вот должен был выпасть снег, но всё никак не выпадал.

Поздним вечером мы с Лидой отправились на окраину Васильевского острова - нанести краткий визит вежливости её родственникам. Было холодно, темно и ветрено. Мы молча шли безлюдными улицами. Ледяной ветер трепал её волосы и пытался стянуть с моей шеи шарф.

- Ты молчишь с тех пор, как мы вышли из метро. Всё в порядке? - задал я, наконец мучавший меня всю дорогу вопрос. Мы подошли к нужной многоэтажке. Ветер жалобно выл где-то в углах домов. Лида поежилась в пальто.

- Да… Наверное... Не знаю. Это из-за дяди с тётей. Они хорошие, но живут друг с другом как-то на автопилоте что ли. Иногда ощущение, что они друг друга даже не слушают, а просто говорят заученные реплики. Я их не осуждаю. Просто как подумаю, что буду такой же когда-нибудь - тоскливо становится.

К подъезду вело высокое крыльцо. Мы поднялись по ступенькам. Лида положила ладонь на ручку двери. Потом повернулась ко мне.

- Ты если хочешь курить, то лучше кури сейчас. У тёти нельзя. Походы на лестницу она тоже не одобряет.

Я послушно кивнул. Закурил, облокотился на перила крыльца и уставился на детскую площадку во дворе, размышляя над лидиными словами. Она встала рядом.

- Как ты думаешь - что это там такое? - Лида кивнула на площадку.

Я присмотрелся. По площадке сложными пируэтами кружило что-то белое, широкое и очень длинное. Огромная полоса - то ли бумаги, то ли полиэтилена. Скорее всего - чей-то строительный мусор. Беспокойный ветер заставлял ленту то взмывать высоко в воздух, то припадать к самой земле, то закручиваться в воронку.

Я пожал плечами, всё ещё подбирая нужные слова для ответа.

- Я вот думаю, что это детёныш снежного дракона. - неожиданно сказала Лида. Я вопросительно посмотрел на неё.

- Там, наверху, за облаками живёт снежная мама-дракон. - Пояснила она. - У неё очень любопытный детёныш. Он всё время смотрел из-за облаков, как дети играют на этой площадке. И хотел тоже поиграть с ними. Но мама-дракон его не пускала. Потому что он совсем несмышлёныш и мог легко заблудиться. Тогда он тайком сбежал. Но попал сюда невовремя, когда дети уже разошлись по домам. И теперь ему бедному и поиграть не с кем и дорогу домой не найти. Слышишь как он плачет?

Я прислушался. В завывании ноябрьского ветра и правда можно было различить тонкий и жалобный писк.

Белая лента, действительно издалека похожая на длинного маленького дракона, продолжала беспокойно кружиться над площадкой.

- Если пойдёт снег - значит мама-дракон пришла за своим ребёнком. Снежные драконы не могут вот так запросто появляться посреди улицы, знаешь ли. Им приходится маскироваться снегопадом. - Добавила Лида.

Я во все глаза смотрел на девушку, которая из куска строительного мусора и сквозняка на ходу сочинила сказку со своими законами и персонажами. На кончике языка у меня вертелись те самые, важные слова. Но интуитивно я понимал, что сейчас для них не время и не место.

Лида посмотрела на меня и улыбнулась.

- У тебя сверкают глаза. А ещё очень глупый и счастливый вид. Знаешь, что я хочу тебе сказать?

Я покачал головой.

Она подошла ко мне вплотную, взяла из моей руки дымящийся окурок и бросила его в урну. Потом прижалась своей щекой к моей и прошептала мне в ухо:

- Пойдем скорее внутрь. А то я попу себе уже отморозила…

И, не дожидаясь меня, нырнула за дверь.

Я постоял еще секунду, размышляя о том, что эта девушка никогда не перестанет меня удивлять. Потом поднял голову к тёмному небу, с которого уже начала сыпаться снежная крошка, и негромко сказал:

- Он тут. Во дворе. Ты уж найди его, пожалуйста.

Не далее как вчера возвращаюсь с работы домой. Смена тяжёлая, работы внезапно очень много, голова чугунная. Разговариваю по телефону с мамой и залажу в автобус. И именно в тот момент так увлеклась жалобами на жизнь, что не купила автобусный билет. Вот просто из головы вылетело, серьёзно.
Оказалось, что на той же остановке в автобус садились контролёры. И на следующей остановке один из них дошёл до меня.
Ну, собственно, мой косяк, я не отпираюсь, давайте что-то делать.
- Платите штраф 12 рублей (дело в Беларуси, это чуть меньше 6 долларов).
- У меня с собой денег нет. Пишите квиточек, я оплачу.
- А документы есть с собой?
- С собой нету.
- Тогда будем вызывать первомайский РОВД для установления личности.
- А мы его из автобуса вызывать будем, или все-таки выйдем?
- Прямо сейчас выйдем.
Выходим ровно на моей остановке. А дом, в котором мы живём, в 10 метрах.
- А РОВД ждать долго?
- Ну, минут 20-30.
- Просто я живу в этом доме, могу позвонить ребёнку, чтобы она вынесла документы, не надо будет ждать.
- Так а вы не можете сказать, чтобы она вынесла деньги на штраф? Оплатите и пойдёте.
- У меня наличных денег в принципе нет (и это чистая правда, наличка быстро расходится, да и всевозможные оплаты легче в интернет-банкинге делать, поэтому у меня все деньги на карте). Дочка вынесет паспорт, напишете мне бумажку, и я все оплачу.
- В течение месяца?
- Ну, да. Мне же там санкции какие-то будут, если не оплатить, суды всякие.
- Ладно, пассажир, это долгая песня, идите.
И я пошла.

Это очень сокращённый диалог. На деле он очень сильно хотел, чтобы я ему отдала деньги и шла с миром. Странно, что он не вспомнил про банкомат, ведь его напарник как раз туда отошёл.

И стало мне интересно. Это что, теперь не только гаишники бабло мимо кассы выбивают? Ведь я действительно не упрашивала понять, простить и отпустить, а он прямо крутил меня решить все на месте, деньгами и без документов. Кто-нибудь может мне объяснить, что это было?

Присоединюсь к репетиторам с Пикабу :)

Я занимаюсь репетиторством более 15 лет, с перерывами. По образованию я прикладной математик, педобразования у меня нет.

Один из самых запоминающихся случаев был у меня в прошлом году. Ходила ко мне раз в неделю девушка 29 лет от роду (назовем ее Светой), оканчивающая последний класс школы. Вечерней, разумеется.

История этой девушки вызывает у меня тонну уважения.

Свете было 10, когда ее забрали от матери-алкоголички. Никому не хотелось разбираться, что делать с педагогической запущенностью (и не только ею) у Светы, поэтому ее определили в школу-интернат VIII вида. Света плохо говорила, не умела читать, не знала цветов, сезонов...

Света пробыла в школе 9 лет. После 9 лет ее отправили (как и всех выпускников подобных заведений) в училище на маляра. Света поступила, отучилась (заняло это всего год). Но параллельно поступила в вечернюю школу. В 5 общеобразовательный класс.

После окончания училища Свете исполнилось 20, ее мать закодировалась, она переселилась к ней. Четыре года - до окончания 9-го общеобразовательного класса Света жила относительно спокойно. В 24 года у Светы был аттестат об основном общем образовании.

Все это время Света работала, кем могла - посудницей, уборщицей, фасовщицей - кем только могла, имея на руках лишь свидетельство из училища, не имея даже аттестата.

Затем ее мать запила, Свете пришлось уйти из дому. Три или четыре года Света не училась в школе, и лишь после смерти матери она вернулась в однушку в бараке, и... и продолжила учебу.

10, 11, 12 класс. Света училась, как могла. Ходила ко мне всего раз в неделю, потому что не было денег ходить чаще. Но это самый упорный ученик в моей жизни. Света старалась. Что она не понимала - мы разделывали, как бог черепаху, и старались понять. Мы лезли в самые низы и доставали. Она за неделю умудрялась исписать половину 48-листовой тетради, решая примеры. Она разбирала новые темы без меня, лишь уточняя, правильно ли поняла. У нее на стареньком ноутбуке было скачано огромное количество справочников... и она их все читала.

Света работала продавщицей в каком-то ларьке, подрабатывала уборщицей. У нее было усталое лицо и руки человека, всю жизнь занимающегося физическим трудом. Но огонь, горевший в ее глазах, запомнился мне на всю жизнь. Огонь, который не погасили педагоги интерната, утверждавшие, что Свету ждет путь ее матери-алкоголички.

Света - не пьет вообще.

ЗЫ. Математика - 74 балла ЕГЭ.