Мартин Скорсезе, которого почти семь лет преследуют комментарии о фильмах Marvel как о "парках развлечений", нашел общий язык с фанатами блокбастеров, получив роль во вселенной "Звездных войн". Как показал новый трейлер майского фильма "Мандалорец и Грогу", легендарный 83-летний режиссер ненадолго появляется в качестве голоса арденнианского торговца, обладающего информацией о Хаттах.
Появление Скорсезе в «Звездных войнах» следует по стопам Вернера Херцога, режиссера немецкого кинематографа, который тоже засветился в этой франшизе. Само по себе это не так примечательно – Скорсезе уже играл небольшие роли в собственных картинах вроде Taxi Driver и Killers of the Flower Moon. Но его участие в крупной продукции Disney приходит с определенным багажом – возможно, теперь все смогут забыть его "скандальные" высказывания о супергеройских фильмах.
Токсичная маскулинность и проблемы социализации, пижонство и бунтарство, тонкая ирония и наивная сентиментальность. Рассказываем о главных картинах американского Феллини
Один из самых известных режиссеров, обладатель множества премий, любитель рок-музыки — Мартин Скорсезе стал легендой еще в 70-х, до того как ему исполнилось сорок. Он открыл миру Роберта Де Ниро, дал лучшие роли Леонардо Ди Каприо, вдохнул новую жизнь в американское кино и до сих пор продолжает снимать.
Несмотря на солидный возраст и образ гения-творца, Скорсезе всегда остается на острие момента и очень органично чувствует себя в современности: то прокомментирует фильмы Marvel (да так, что это превратится в мем), то появится в тиктоке с дочкой (кстати, актрисой), то снимется в роли себя в комедийном сериале.
Так же и его кино; в отдалении кажется большим и серьезным, но стоит приблизиться, и оно оборачивается блестящим аттракционом, где есть ирония и тонкий юмор, мальчишеское пижонство и бунтарство, даже наивная сентиментальность.
Скорсезе часто сравнивают с другими режиссерами, которые снимают кино о гангстерах. Но в этом тексте хочется провести параллель совсем иного толка: между ним и еще одним гением в своей области — Антоном Чеховым. Писатель тоже всю жизнь методично препарировал нравы, обычаи и внутренние конфликты конкретной социальной прослойки — интеллигенции, наблюдал за ее упадком, девальвацией человеческих ценностей и разрушением идеалов. Но идеалист в Чехове умер довольно рано, а в Скорсезе, несмотря на ту же глубину взгляда и радикальность анализа, не умирал никогда. Горечь и запал юноши, который постоянно разочаровывается, но не теряет надежды, сохранились в фильмах режиссера по сей день. Как и любовь к людям — сильнейшее чувство, держащее на плаву и «Злые улицы», и «Авиатора», и «Убийц цветочной луны». В этом его отличие от Чехова и по совместительству главный талант.
С фильма «Славные парни» (1990). Это история мальчика Генри Хилла, который с детства мечтал быть гангстером — дерзким, особенным, всемогущим. Мечта сбылась, но по иронии судьбы привела Хилла именно к тому, чего он больше всего боялся: жалкому существованию невидимого обывателя.
Сценарий основан на книге журналиста Николаса Пиледжи «Умник» (в оригинале — «Wiseguy», так в Америке называют членов мафиозных банд). Эта история записана со слов реального мафиози, который позже стал информатором ФБР и находился в программе защиты свидетелей. В «Славных парнях» маленький Хилл поначалу ворует сигареты для местного авторитета, потом добирается до краж покрупнее, а затем знакомится со своим ментором Джимми Конвеем и начинает работать на него, продавая краденное, участвуя в убийствах и торгуя наркотиками.
Лучше всего картину описал сам режиссер: «Стиль этого фильма создавал у меня ощущение, будто я на каком-то сумасшедшем аттракционе, который мчит через преисподнюю» . С интересом антрополога Скорсезе — удивительно сдержанный, терпеливый — наблюдает за изнанкой гангстерской жизни: притягательной и омерзительной, абсурдно-смешной и равнодушно-жестокой, почти сюрреалистичной в своей герметичности и непроницаемости.
Визуальный стиль «Славных парней» по сей день производит впечатление: зловещий красный свет в мрачных переулках и ночных клубах, пижонские образы персонажей, параноидальный скоростной монтаж, резкие зумы и обращения героя к зрителю. Стоит ли говорить о великолепном джазово-рок-н-рольном саундтреке и знаменитой сцене прохода в клуб Copacabana, снятой одним кадром! В общем, это лента, которую правда лучше один раз увидеть, чем сто раз прочитать о ней в многочисленных списках лучших фильмов в истории кино.
Что смотреть дальше
Хотя в поп-культуре имя Мартина Скорсезе прочно связано с гангстерами и мафией, его кино в первую очередь исследует мужчин как таковых — токсичную маскулинность, проблемы социализации и особенности мужских сообществ. Поэтому повседневность преступных группировок соседствует с борьбой на боксерском ринге, безумствами брокеров на Уолл-стрит и безобидным фланированием по Нью-Йорку мальчишек, которым скоро предстоит повзрослеть.
Именно о них картина «Злые улицы» (1973). После своего дебюта «Кто стучится в мою дверь?» (1967) — студенческого фильма, который буквально собирался по частям на протяжении нескольких лет, — Скорсезе снова написал сценарий про обитателей Маленькой Италии, эмигрантского района Нью-Йорка, в котором вырос сам. Молодой парень Чарли — собирательный образ центральных героев Скорсезе — пытается жить по собственным принципам и всех спасти, но не может быть честным с собой. Ему мучительно стыдно за свойственные ему мягкость и податливость, он любит свою девушку и лучшего друга, но проявления чувств кажутся ему слабостью, а симпатия к темнокожей танцовщице — страшным грехом. Чарли знает: чтобы выжить на злых улицах, придется отказаться от всего нежного и ребяческого, пусть это и делает его счастливым.
Это, возможно, самая личная работа Скорсезе. Главного героя «Злых улиц» зовут Чарли Каппа (Чарльзом звали отца Мартина, а Каппа — девичья фамилия его матери). На съемках фильма Скорсезе впервые поработал с Робертом Де Ниро, который на следующие полвека стал его любимым актером и лучшим другом. Разнузданный и смелый стиль «Злых улиц», их драматургическая несвязность, стремление расползтись на скетчевые комедийные эпизоды, между которыми спрятаны боль и одиночество потерянных героев, — все это со временем успокоится и ляжет в фундамент, на котором Скорсезе построит свою фильмографию. Но главное достоинство «Злых улиц» как раз в этой неуспокоенности, в тревожном духе шагающей наугад юности.
Совсем другой подход к темам вины, одиночества и войны с самим собой можно увидеть в фильме «Таксист» (1976). Трэвис Бикл возвращается из Вьетнама в Нью-Йорк и погружается на самое его дно, устроившись таксистом в ночную смену. Бывший солдат никогда не вспоминает войну, но война намертво впечаталась в него: в каждом жесте, взгляде и даже интонации героя Роберта Де Ниро, который перед съемками сам поработал таксистом, сквозит напряжение, мгновенная готовность схватить одного из пьяниц на заднем сиденье за горло. Трэвис пытается построить отношения, вписаться в какой-то социальный круг, но стремительно теряется в мирной жизни, размывающей черное и белое до полутонов, которые герой не различает: девушку он ведет на свидание в порнокинотеатр, а бороться с маргинализацией общества предпочитает насилием.
«Таксист» — вершина режиссерского мастерства Скорсезе, в которой сошлись и блестящий сценарий Пола Шредера (в момент написания автор жил в своей машине), и прорывная роль Роберта Де Ниро, и меланхоличный саундтрек композитора «Психо» Бернарда Херрмана, и социальное напряжение, на которое фильм реагировал. Обедневший и истощенный кризисом Нью-Йорк 70-х кишел бандитами, проститутками и лживыми политиками. Дождливые грязные улицы, по которым рыщет такси Бикла, совсем не похожи на просторы, которые открывались героям «Злых улиц». Их тоже не ждало ничего хорошего, но у них была возможность выбирать — «Таксист» же фиксирует обреченное общество, застывшее перед катастрофой. В финале фильма Трэвис Бикл перестает казаться аномалией — напротив, он плоть от плоти этой системы, бедное и страшное дитя времени.
Два более поздних фильма — «Бешеный бык» (1980) и «Король комедии» (1982) — продолжают серию историй об аутсайдерах. Правда, об очень разных. Первый основан на биографии боксера Джейка ЛаМотты — превосходного бойца и безумного параноика, который в погоне за совершенством на ринге превращается в домашнего тирана. На исходе лет, отсидев в тюрьме и потеряв все, ЛаМотта оказывается в одиночестве и забвении. С родным братом, единственным, кто действительно любил его, Джейк теперь может лишь разделить пару минут неловкого телефонного разговора. Черно-белый, сверкающий и лоснящийся вспышками фотоаппаратов и блеском прожекторов, «Бешеный бык» вновь рассказывает о мужчине, который презирает слабость, но никогда не станет достаточно сильным, чтоб ее побороть. ЛаМотта врезается в жизнь на полном ходу и сметает с пути всех без разбора, потому что не знает, как защититься от своих чувств, как выжить в безумном потоке ненависти к самому себе.
«Король комедии» выводит на первый план человека, который, кажется, наоборот готов предъявить миру все свои слабости и посмеяться над ними. Руперт Папкин, чудаковатый мужчина в ярком пиджаке, мечтает стать стендап-комиком. Ярый фанат ведущего вечернего шоу Джерри Лэнгфорда, Руперт добивается встречи с кумиром, но тот не помогает ему воплотить мечту. Тогда Руперт понимает, что своего нужно добиваться силой, и похищает Джерри, чтобы шантажом выбить себе монолог в эфире. Фильм с иронией переизобретает сюжет «Таксиста» и превращает опасного Трэвиса Бикла в жалкого клоуна Папкина, чью фамилию постоянно коверкают все персонажи фильма. Внешние безобидность и даже фриковатость только сильнее обнажают жуткую внутреннюю пустоту и травму, которые таятся внутри Папкина. Скорсезе так и не даст нам узнать наверняка, что пошатнуло сознание Руперта. Абьюзивные родители, буллинг в детстве, неудачи в любви — неважно. «Король комедии» весь соткан из неловкости и смущения, которые испытывает зритель, когда смотрит на кого-то чуждого и непонятного.
От кринж-комедии можно вернуться к гангстерской драме и посмотреть «Казино» (1995) — более зрелую и размеренную вариацию «Славных парней» с замечательными работами Де Ниро, Джо Пеши и Шэрон Стоун. А затем посмотреть финальную картину Скорсезе о мафии — «Ирландца» (2019).
Этот фильм Мартин мечтал сделать больше 13 лет. Еще в середине 2000-х проект попал в производственный ад и выбрался оттуда лишь к 2017 году, когда права на него выкупил Netflix. «Ирландец» сильно отличается от любого более юного гангстерского фильма Скорсезе: это уже не красочный забег в преисподнюю, а медленный; болезненная рефлексия, в ходе которой пожилые мужчины обращаются к своему прошлому, а видят бездну.
Особенную красоту и хрупкость фильму придает дуэт Аль Пачино и Роберта Де Ниро — их герои спят на соседних кроватях, поверяют друг другу свои тайны и празднуют вместе Рождество. Эта трогательная, почти сентиментальная близость входит в противоречие с удушающим мафиозным укладом, внутри которого гниют и разлагаются любые искренние взаимоотношения. Гуманистические ценности для Скорсезе снова оказываются тем единственным, что делает путь человека стоящим, но герой «Ирландца» собственноручно выкорчевывает их из своей жизни. Впервые в подобной истории мы видим такой сокрушительный финал: некогда мощный старик и безжалостный убийца, человек, у которого было все, оказывается в доме престарелых и просит уходящего священника оставить дверь приоткрытой. «Не закрывайте ее плотно. Мне это не нравится», — говорит он, скользнув взглядом в проем двери.
«Волк с Уолл-стрит» (2013) не уступает «Ирландцу» в эпическом размахе. Это тоже экранизация книги, на этот раз мемуаров биржевого брокера и афериста Джордана Белфорта. Своеобразным парафразом «Ирландца» кажется и последняя на сегодняшний день большая работа Скорсезе — фильм «Убийцы цветочной луны» (2023). Самый чеховский в этой подборке сюжет: вернувшийся с Первой мировой войны парень годами участвует в серии убийств (в том числе своего ребенка), свято веря, что просто выполняет указания своего ментора, и боясь взглянуть ему и себе в глаза. События фильма обрамляет современный радиоспектакль, в котором также повествуется об убийствах индианок в округе Осейдж. Его режиссера играет сам Скорсезе. В рассказе о банальности зла и тотальной несправедливости этот выход за рамки условности — важный финальный аккорд. Память все сохранит и никого не упустит, исчезнут убийцы и их жертвы, но останется история. Воспользуется ли кто-то ее уроками? Вопрос остается открытым.
Однако даже самые обособленные, эксцентричные и травмированные персонажи в фильмографии Скорсезе порой выбирали иные пути. Мрачность, жестокость и кровавый шик ранних работ диктовались и личным опытом (детство в бедной эмигрантской среде, желание стать священником, наркотическая зависимость и околосмертный опыт), и наблюдением за окружающим миром — стремительно меняющимся Нью-Йорком, войнами и катаклизмами XX века, старением и умиранием друзей и кумиров. Постепенно его кино взрослело, приобретало черты эпического бытописания — на смену историям о неизвестных гангстерах пришли биографии богачей и гениев, а герои перестали тонуть в волнах безумного и яростного мира и принялись строить планы по его усмирению.
Началось это задолго до появления «Ирландца» и «Убийц цветочной луны» — в фильме «Цвет денег» (1986). Его незаслуженно мало упоминают в разговорах о Скорсезе, а зря — сиквел «Бильярдиста» по сей день смотрится великолепно. Некогда легендарный игрок в пул Эдди Фелсон случайно встречает в баре вундеркинда Винсента и начинает делать из юноши свою копию. Отправившись с протеже и его девушкой в мошенническое турне по клубам Америки, Эдди ссорится с ними и в конце концов расстается, чтобы вновь столкнуться уже в спортивном противостоянии.
На момент съемок Скорсезе было всего 44 года, но «Цвет денег» — удивительно мудрый фильм. Исход конфликта Эдди и Винсента, да и вообще суть их претензий друг к другу совершенно неважны. Это история стареющего, но еще не старого мастера, который окунулся в свое прошлое и внезапно выловил в нем будущее — то самое, которое сам считал безвозвратно утраченным. Азарт игры, способность чувствовать, переживать и волноваться — вот что старик с ледяными глазами обнаруживает в себе. Юный, непосредственный Том Круз и его витальная энергия, от которой зажигается киноветеран Пол Ньюман, — движок фильма, а джазовая интонация в кино Скорсезе никогда еще не звучала так чисто и оптимистично. Впереди может быть что угодно — если ты честен с самим собой, если ты любишь, ты встретишь это спокойно.
В картине «Авиатор» (2004) история о мастере переходит в историю о гении. Фильм основан на биографии Говарда Хьюза — первого из богатейших предпринимателей США, пионера авиации, амбициозного режиссера и человека с тяжелыми ментальными заболеваниями. Хьюз молод, красив и абсолютно бескомпромиссен во всем, что касается самолетов, строительства и кино, но стоит ему заметить мелкое пятнышко на скатерти или мужчину в перчатках определенного цвета, он выпадает из реальности. «Авиатор» первым в истории большого кино так подробно и болезненно показывает симптомы ОКР. Параноидальный кошмар, с которым борется Хьюз, временами накрывает его с головой, он теряет близких, становится абсолютно невыносимым, унижается, но выныривает — только для того, чтобы вскоре вновь погрузиться обратно. Из этой бесконечной битвы невозможно выйти победителем, но ты все равно продолжаешь бороться. Во время одного из своих припадков Хьюз запирается на студии и не выходит оттуда неделями, отращивая длинные ногти и мочась в стеклянные бутылки. Это история о страсти и мужестве, в которой нет героической фигуры или вдохновляющего примера, но тем ближе она к жизни и тем больнее она бьет.
Особняком в фильмографии Скорсезе стоят фильмы, выбивающиеся из общего стиля, которые сложно определить в какую-то тематическую подборку. На них интересно взглянуть после того, как вы познакомитесь с классическим Скорсезе. Это режиссерские эксперименты — многие из них не были приняты в свое время, но сейчас доставят большое удовольствие. Например, мюзикл «Нью-Йорк, Нью-Йорк» (1977) — трагическая история любви саксофониста и певицы (Роберт Де Ниро и Лайза Миннелли), сюжет которой предвосхищает вышедший много лет спустя «Ла-Ла Ленд» Дэмиена Шазелла. Или сюрреалистический триллер с фрейдистским флером «После работы» (1985), который больше напоминает фильмы Терри Гиллиама. Или ремейковый «Мыс страха» (1991) — двухчасовой мастер-класс по монтажу, искусству создания саспенса и метод-эктингу от Роберта Де Ниро.
Семь классических кадров
Кадр из фильма «Таксист». 1976 год Фраза «You talkin’ to me?» («Ты мне говоришь?!»), которую Трэвис Бикл кидает собственному отражению, стала культовой. По воспоминаниям Шредера и Скорсезе, Де Ниро придумал эту реплику на съемочной площадке, а источники ее вдохновения весьма обширны — от выступления нью-йоркского комика до строчки из песни музыканта Брюса Спрингстина.
Кадр из фильма «Славные парни». 1990 год Одна из самых знаменитых сцен в кинематографе Скорсезе — эпизод из «Славных парней», в котором звучит фраза «Funny how?» («В каком смысле смешно?»). Джо Пеши сымпровизировал агрессивный выпад в сторону героя Рэя Лиотты, поэтому и реакция смущения у Лиотты такая естественная.
Кадр из фильма «Бешеный бык». 1980 год Последнее, что, видит перед своим главным поражением боксер Джейк ЛаМотта, — фигуру соперника Шугара Рэя в, обрамлении слепящих прожекторов.
Кадр из фильма «Банды Нью-Йорка». 2002 год Финальный кадр фильма объединяет и уравнивает заклятых врагов Уильяма Каттинга и Валлона: их надгробные камни стоят рядом и зарастают травой на фоне гудящего и разрастающегося Нью-Йорка.
Кадр из фильма «Волк с Уолл-стрит». 2013 год Джордан Белфорд, почувствовавший вкус больших денег, встречает на своей яхте агентов ФБР, глядя на них сверху вниз.
Кадр из фильма «Мыс страха». 1991 год Жена Сэма Боудена впервые видит Макса Кэди, насильника и бывшего подзащитного своего мужа, на фоне фейерверка в День независимости. Кадр жуткий и завораживающий, как и сам Кэди.
Кадр из фильма «Злые улицы». 1973 год Малыш Джонни, один из ярчайших героев ранних фильмов Скорсезе, смеется на фоне надписи «Никаких азартных игр» — разумеется, маменькины сынки из «Злых улиц» постоянно нарушают это правило.
С ранних картин, где центральными героями становятся женщины, — «Алиса здесь больше не живет» (1974) и «Берта по прозвищу Товарный Вагон» (1972). Женские характеры Скорсезе удаются заметно хуже мужских, поэтому их истории не трогают так, как истории парней из «Злых улицы» и других почти полностью «мужских» фильмов режиссера.
Не стоит начинать с исторической мелодрамы «Эпоха невинности» (1993) и религиозного байопика «Кундун» (1997), посвященного далай-ламе. В них Скорсезе обращается к нетипичным для себя жанрам и темам, поэтому его стиль не раскрывается достаточно ярко. То же можно сказать и про детское фэнтези «Хранитель времени» (2011).
Зрительские фавориты «Отступники» (2006) и «Остров проклятых» (2010) тоже не подходят как точка входа в кинематограф Скорсезе, их можно отложить на потом. Это скоростное кино, в котором жанровые аттракционы задают такой быстрый темп, что не успеваешь проникнуться драмой героев.
