Сохраняй посты, комментируй и ставь оценки
В Царском селе мы, как оказалось, были раза три. В памяти ничего не осталось. Надо будет этим летом опять съездить. :) Потом будет вторая часть из осени 2012 года. :)
Всем привет! На связи SilverArrow.
Немного оффтопа. На этот раз - ускоряемся, сроки по окончанию первой части обзоров поджимают! Надеюсь, что до "Хищных вещей века" мы дойдём к середине марта. Правда, сколько же всего на пути к ним...
Радуга практически невозможна без дождя.
Нужно, чтобы капли воды преломляли попадающий внутрь свет - и он распадался на спектр, на букет из разных оттенков, протягивался, колеблясь, от горизонта к горизонту - и замыкал на себя поверхность земли и неба. Нужно, чтобы солнечный свет падал под нужным углом, смотреть в правильную сторону, чтобы тучи были не плотные...
С книгами, на удивление, так же. Нужно, чтобы очень много факторов сошлось в одной точке.
Слишком много условий, частностей, переменных. Правда, и от человека почти ничего не зависит. Нам остаётся только выбрать, в какую сторону повернуться после дождя.
У нас на выбор - четыре.
Можно смотреть на север - и увидеть книгу, посвящённую одной из любимых тем Стругацких - науке. Пусть мы не понимаем, о чём говорят герои - двести лет разницы, развитие физики и прочих наук - но мы видим, что даже тут, на отдалённой планете в мире Полудня, есть смешная проблема - недостаток ульмотронов, загадочных устройств, необходимое сразу всем - и исследователям загадочных Волн, то и дело пробегающих по поверхности Радуги, и изучающим нуль-транспортировку (перемещение объектов через "гиперпространство", и Следопытам... И все эти учёные стремятся тащить науку вперёд - но упираются в недостаток аппаратуры, и когда на планету прибывают эти самые ульмотроны - выстраиваются в очередь к ним, и пытаются любой ценой получить хоть сколько-то, и есть список тех, кто в очереди, а есть список тех, кто вне очереди, но из этого списка не факт, что все получат столько, сколько им нужно...
Мне нравится, с одной стороны, смотреть на это, как на лёгкую сатиру в сторону очередей за чем бы то ни было (пусть и написано это в 60-ые, когда "очередь", как мне кажется, сильно потеряла в своей актуальности, но ещё не стала нормой жизни, как будет позднее), а с другой - в той же сцене Стругацкие размышляют о том, что нельзя отнимать пищу у будущего, и что никакая наука не стоит голода "шести миллиардов детей".
Можно взглянуть на восток - и увидеть в Радуге истории людей, её населяющих. Свериться с моральным компасом - или понять, что в ситуации, когда вам угрожает смертельная опасность, любой моральный компас начинает вращать стрелкой туда-сюда, и не может успокоиться, и вам попросту не дано понять, что верно, а что - нет. Нужно ли вставать у угрозы на пути - или нужно бежать? Спасать тех, кто достоин - или тех, кто дорог? Принимать сложные решения - или пусть за нас скажут другие? Быть бесчувственной машиной - или человеком, не смотря ни на что?
И увидеть, как нечто большее, чем мы, сплачивает нас, сбивает в одну массу, готовую противостоять буре, идущей в нашу сторону - или хотя бы спасти тех, кому такой выбор недоступен, а потом - встретить свой конец так, как должно.
Можно взглянуть на юг - и найти всё, что мы успели полюбить у Стругацких - знакомых героев, новые лица, людей, которые, несмотря на будущее, продолжают оставаться похожими на нас - но уже с исключениями из правил, появляются потихоньку всякие и всяческие отклонения, то машина, которую отключают от всех сетей, заливают бетоном и обматывают колючей проволокой - ржавой, потому что никому на Земле она не нужна, и её вынуждены искать чёрт знает где, в этом чистом и светлом будущем, где эпоха стальной проволоки кончилась уже давно, то Чёртова Дюжина - результаты экспериментов над людьми, которые должны были быть биологическими компьютерами - и которые рассеялись и исчезли куда-то в неизвестном направлении. Слишком нелюди, чтобы вписываться, слишком люди, чтобы превозмочь.
И подумать о том, какое будущее ждёт детей, живущих в таком мире. Какими они станут? Что они запомнят? Что будет с теми, кого вырвали из привычной среды? Начиная с "Полудня", Стругацкие пытаются нащупать, как им вырастить достойных людей - и думают о теории воспитания, и как сделать детей лучше, чем родители - в духовном плане, разумеется. И тут мы видим, как одних обманывают - а другим, способным понять, говорят прямо, что они - важнее, потому что взрослые уже видели жизнь, уже внесли свой вклад - а для них всё только начинается, и что они не обязаны поступать, как герои, и что они - дети, и что герой - это не только тот, кто встречается с судьбой лицом к лицу, но и тот, кто помогает другим избежать её удара.
Взгляд на запад - и книга о катастрофе, которая сделала бы честь многим западным романам о глобальном катаклизме. На тот момент - это удел смешной, поролоновой научной фантастики (пусть даже и снят уже десятилетие как "День, когда Земля остановилась", а та же "Планета обезьян" появится только через пять лет после выхода "ДР", но у Стругацких и тут есть уникальный опыт.
На них очень повлиял один киносеанс - фильм "На последнем берегу" по книге Невилла Шюта (её, я, кстати, тоже читал) про то, как медленно ожидает пришествия своей Волны Австралия - в мире после Третьей Мировой, которая закончилась ядерным конфликтом. Был устроен практически эксклюзивный показ - и его Стругацкие посещали, и остались под огромным впечатлением, и, мне кажется, тогда и задумались над простым вопросом - а как бы отреагировали на смерть все те люди, что придуманы ими? Что бы делали их персонажи?
И что мы можем сделать перед лицом неминуемой смерти? Такой, что спасение от неё - чудо, и нам неизвестно, каким образом достигнутое?
А можно поступить неожиданно. Необычно. Непредсказуемо.
Можно закрыть глаза.
Ведь мы видели в жизни радугу, видели её тысячи раз - и можем представить себе её в голове, ещё раз пройти той дорогой, на которой охотник ждёт, затаившись, готового сорваться фазана.
И нам не нужно для этого зрения, нам не нужно для этого прочих чувств.
Пусть даже перед глазами будет тёмная пелена, беспросветная - только между веками пусть пробивается белый луч света, окаймляющий тьму, разделяющий её на две половины, готовые сомкнуться.
И что мы увидим?
Вечный вопрос - и вечный ответ на него. Если вы оказываетесь в ситуации, где не можете победить, и где смерть неизбежна - то к чему грустить? Попробуйте исправить ошибки. Попробуйте понять что-нибудь напоследок.
Сделайте что-то такое, за что вам не будет стыдно. Если энтропия уже создана - то можно даже просто лежать и слушать других людей. Пусть говорят. Им сейчас это нужно.
И пусть в тёплые воды уходят те, кто не может иначе.
Пусть над их головами сияет Далёкая Радуга.
Пусть над их головами зреют чёрные тучи.
Пусть над их головами светится Полуденное Солнце.
***
"Далёкую радугу" я прочёл впервые примерно тогда же, когда и "Попытку к бегству".
Вообще, лично для меня удивительно, что две эти вещи появились в одно время, и что в обоих тянется один и тот же мотив - это проблематика прогресса (она потом перейдёт в проблематику Прогрессорства, буквально через пару книг). Но "Попытка к бегству", как по мне, про то, как прогресс застилает нам глаза, и мы не понимаем, как работает мир, отличный от нашего, и ужасаемся ему, а "Далёкая Радуга" - про то, как прогресс оказывается бессилен перед иным, неподвластным ему явлением.
Но это - уже вывод постфактум, с пылу с жару, сейчас, когда я перечитал её буквально недавно.
А тогда я искренне пролистал полкниги. Всё, что не было связано с Горбовским - да, он тоже тут, прошу любить, лежать, не создавать энтропию - я попросту не стал читать. Считайте, что я, смотря на радугу, видел только три цвета из семи.
Но и их оказалось достаточно. Потом я перечитал ещё раз - и вот тогда-то меня и проняло.
"Далёкая Радуга" - это первая после "коренного перелома" повесть Стругацких. И в ней уже видно то, что я проговорил в прошлом своём "сочинении о прочитанном" - это не фантастика, это литература, облачённая в одежды фантастики.
Стоит ли начинать с "Далёкой Радуги" знакомство со Стругацкими? Можно попробовать.
"Попытка к бегству" подводит под ранними Стругацкими черту, после которой писать, как раньше, невозможно, а как писать "по-новому", ещё непонятно.
А "Далёкая Радуга" - последняя, если верить авторам, книга о СВЕТЛОМ БУДУЩЕМ (что даёт ответ, почему она так кончается). Но не последняя - о мире Полудня. И первые шаги на том пути, что ведут ко всем крупным книгам, написанным после.
И их нужно пройти.
И двигаться к горизонту - который никогда не будет достигнут, и который увенчан радугой.
P.S. Пока искал свою фирменную подпись в предыдущем посте, понял ещё кое-что.
"Попытка к бегству" - это книга про уход от реальности. "Далёкая Радуга" - о её принятии.
Стоицизм, mea amici, non Epicuro disciplina!)
______________________________________________________________________________________
И традиционное послесловие:
Это - экспериментальный формат. Про Стругацких я продолжу рассказывать, буду стараться делать это каждый раз по-разному, пусть и в отдельных деталях.
Ну и свои рассказы, надеюсь, скоро вам подвезу)
Буду рад видеть Ваше мнение в комментариях. Хорошего Вам дня!
С уважением, ваш SilverArrow
Ссылки на предыдущие посты:
Да, он опять брошка :D
Ну и Беляшик (или Белочка?), для тех, кто любит понежнее
С бутылкой на заднем фоне Йобжик. Шизанутый - но веселый:D Он - магнит
А еще приехала кучка меха, госприемку проходит, и скоро будет много цветных ежей) Ежиная, простиГосподи, радуга :D
Колючики сделаны из фетра и натуральной норки. Ну еще немного дуринки от автора :D
Написать автору можно сюда https://vk.com/aavstr
Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь для просмотра содержимого данного поста.
Поделюсь забавным наблюдением. Можно сниматься в небольших эпизодиках, можно делать какие-то интересные трюки, но… порой никто даже не обратит внимания, что ты был в кадре.
Однако достаточно побыть простым прохожим с парой фраз в известном сериале – и вот тебе уже пишут, что видели по телевизору (причем зачастую люди, которых ты не очень хорошо знал, да и не видел много лет)… Так что иногда нужно сделать не так уж и много, чтобы тебя заметили.
Простой пример: сериал «Склифосовский», 10-й сезон.
В начале ХХ в. система правоохранительных органов была достаточно сложной и разветвленной. Большая роль в ней принадлежала Военному министерству. Русская императорская армия не только являлась основным поставщиком кадров в правоохранительные органы, – воинские команды активно участвовали в подавлении беспорядков. Военное министерство оказывало огромное влияние и на Отдельный корпус жандармов, который был базовым учреждением политической полиции государства.
Военное ведомство руководило кадровой политикой жандармерии, а также занималось ее хозяйственным обеспечением. Сам корпус жандармов и его подразделения (губернские жандармские управления, жандармские полицейские управления железных дорог и др.) были устроены как воинские части, подчиняясь армейским уставам в организационном плане, в то время как полицейскую работу (розыск преступников, следственную часть, деятельность агентуры и наружного наблюдения) курировал департамент полиции министерства внутренних дел.
В губерниях Центральной России местной полицией (кроме спецслужб) руководили полицмейстеры, подчинявшиеся губернаторам. Городские полицейские управления делились на части под руководством частных (с 1866 г. – участковых) приставов, которые, в свою очередь, делились на околотки, которые возглавляли околоточные надзиратели.
Рядовыми сотрудниками городской полиции 1900-х гг. были городовые. Их количество определял закон от 14 апреля 1887 г. «О численном составе и устройстве полицейских команд в городах…», по которому на каждые 500 жителей города полагался один городовой. Из 5 городовых один назначался старшим, остальные – младшими.
Городовой имел свой определенный участок, на котором он проживал и должен был обходить его пешком по несколько раз за сутки. Также ежедневно по 6 часов он нес постовую службу. При этом служебные инструкции требовали не просто стоять на посту, а вести постоянное патрулирование в зоне своей ответственности. Сотрудник полиции мог отлучиться с поста только для задержания преступника, при оказании необходимой помощи пострадавшим или в случае вызова с другого участка.
Полицейский обязан был досконально знать территорию своего района. Многие жители, прежде всего дворники, выступали тайными информаторами. Помимо полицейской работы городовые несли почтовую службу, отвечали за противопожарную безопасность и вывоз мусора. В обязанности старших городовых входили периодические проверки постов, они совершали ночные обходы и докладывали начальству о происшествиях.
По закону 5 мая 1903 г. «Об учреждении в 46 губерниях Европейской России полицейской стражи» был сформирован новый аппарат полиции в сельской местности. Его руководство оставалось прежним. Всю полноту власти в уездах сосредотачивали в своих руках исправники – главы местной администрации. Следующим звеном выступали становые приставы, а в волостях за правопорядок отвечали урядники.
Закон полностью изменил структуру нижних чинов уездной полиции. Вместо выборных от крестьянства десятских и сотских, которые отбывали полицейскую службу в порядке повинности, были учреждены штатные должности сельских стражников. Теперь охраной правопорядка в уездах занимались не «народные дружинники» из крестьян, а профессионалы. Уездная полицейская стража состояла из отрядов пеших и конных стражников, общее число которых составляло в среднем один сотрудник на каждые 2500 человек.
Пешие стражники, примерно как городовые, осуществляли патрулирование в уездных городах (где также действовала городская полиция) и селах. Задачи конных стражников были более широкими. Помимо выполнения прочих полицейских обязанностей, конно-полицейская стража была призвана заменить воинские команды при подавлении крестьянских беспорядков. Для этого стражники дислоцировались крупными отрядами по 30–50 человек в местностях с высоким уровнем преступности.
Эти формирования оказались гораздо эффективнее воинских команд. Во-первых, участие в карательных операциях «против своих» подрывало боевой дух в частях. Во-вторых, стражники были намного мобильнее армейских подразделений, которые могли дислоцироваться за сотни километров от охваченных беспорядками местностей. Конная полицейская стража, которая стала предтечей современного ОМОНа, достаточно быстро показала свою эффективность и просуществовала до 1917 г.
После отмены крепостного права правительство кардинально изменило принцип набора кадров в органы правопорядка. До 1862 г. на службу в городскую полицию принудительно переводили негодных к военной службе рекрутов. Это было крайне неэффективно. В условиях, когда помещики зачастую отправляли в войска худших работников из крепостных крестьян, а там, в свою очередь, самых безнадежных переводили в полицию, городовыми часто становились чрезмерно пьющие или даже неблагонадежные по своему поведению люди. Конечно, с таким контингентом полиция не только не могла защитить население от преступников, но и сама создавала немало затруднений местным жителям. По новым правилам на службу стали нанимать добровольцев. Преимущество отдавалось демобилизованным после действительной службы в армии. В рядовой состав отбирались физически крепкие кандидаты, не имеющие судимостей и долгов.
Критерии отбора кандидатов на службу в уездную полицию определял вышеупомянутый закон. Желающий стать урядником должен был знать, как правильно составляются полицейские протоколы, иметь хотя бы общее представление о службе и обязанностях полиции. От стражников требовалось лишь умение читать и писать и «общее достаточное развитие». В конные отряды полицейской стражи набирали только отслуживших в кавалерийских частях. Предпочтение отдавалось выходцам из других губерний, чтобы при подавлении беспорядков, сопровождавшихся порою применением оружия, исключить возможность родственных или дружеских отношений между стражниками и бунтующими крестьянами.
Обучение сотрудников правоохранительных органов Российской империи налаживалось постепенно. Первая школа при резерве полиции была открыта в 1867 г. в Санкт-Петербурге. Для городовых в ней проводились непродолжительные курсы от двух до четырех недель, на которых слушателей обучали элементарной грамотности и поверхностно знакомили с полицейским делом. По окончании выпускник должен был выдержать экзамен.
К началу ХХ в. подобные курсы действовали лишь в крупных городах страны, поэтому в основной своей массе городовые оставались полуграмотными людьми, окончившими приходские школы или уездные училища, а то и вовсе без начального образования. Нужные умения приобретались с опытом службы.
Для повышения профессиональных качеств сотрудников уездной полицейской стражи в губернских городах образовывались учебные команды-школы. Прошедшие в ней обучение и выдержавшие экзамен комиссии под председательством губернатора назначались старшими в отрядах или даже получали должности урядников. После пятилетней выслуги урядник мог рассчитывать на повышение из рядовых в офицерские чины полиции. «Двоечники», напротив, возвращались в свои уезды с рекомендацией к увольнению со службы.
Учебные программы в этих школах были рассчитаны не только на приобретение профессиональных навыков и знаний, но и на общее развитие полицейского стражника. Подобные учебные заведения, где бы готовили городовых, в большинстве регионов Российской империи так и не появились.
Финансирование городской полиции России осуществлялось как из фондов столичных учреждений, так и за счет местных городских бюджетов. Регионы не всегда располагали необходимыми средствами, что отражалось на материальном и хозяйственном обеспечении правоохранительных органов. Уездная полицейская стража полностью содержалась за счет столичных ведомств, поэтому она своевременно получала финансирование.
К началу ХХ в., согласно закону от 14 апреля 1887 г., старшие городовые получали годовой оклад в размере 180 руб., младшие – 150 руб. плюс квартирные деньги и компенсацию служебных расходов. Даже само руководство полиции оценивало эти доходы как небольшие. Указывалось, что «получая 15 руб. в месяц, тогда как поденщики зарабатывают 25–30, а мастеровые – все 50 руб., а то и больше, большинство городовых смотрят на свою полицейскую службу как на переходную стадию и при первой возможности пристраиваются на лучше оплачиваемые места». Поэтому с 1 января 1906 г. содержание полицейских повысилось: старшие городовые теперь получали по 275 руб., младшие – по 215 руб. Дополнительно выдавались по 25 руб. на обмундирование и ежемесячно по несколько рублей на наем и содержание квартиры.
До революции 1905 г. годовой оклад сотрудника уездной полицейской стражи составлял 240 руб. у старшего стражника и 200 руб. – у младшего. Дополнительно министр внутренних дел мог назначить при необходимости до 30% добавочного содержания. В последующие годы оклады стражников тоже повышались и всегда оставались несколько большими, чем в городской полиции.
Для сравнения: к началу ХХ в. годовое жалование более высоких чинов полиции насчитывало у уездного исправника – 1500 руб., у его помощника – 1000 руб. Городской (становой) пристав получал 600 руб., околоточный надзиратель и урядник – по 400 руб. Изучая материальное положение сотрудников полиции в рамках работы над проектом полицейской реформы, премьер-министр П. А. Столыпин указывал, что с такими доходами полицейские просто не могут не брать взяток. Так что материальное положение рядовых полицейских и даже руководителей среднего звена в начале ХХ в. сложно назвать благополучным.
Путем различных надбавок правительство стремилось стимулировать полицейских оставаться на службе. По правилам о преимуществах службы городовых от 8 июня 1892 г. городовому, прослужившему в этой должности в одной и той же полицейской команде 7 лет, полагалась прибавка в треть оклада, но не более 50 рублей. Еще через 5 лет выслуги полагалась такая же прибавка. При увольнении в отставку с выслугой 20 лет единовременно выплачивалось 250 руб. За 30 лет стажа полагалась пенсия 96 руб. в год.
Государство предоставляло определенные гарантии в случае получения ранений и увечий на службе. Сотрудники полиции имели право на бесплатную медицинскую помощь. Увольняясь со службы по ранению, городовой, имеющий стаж более 15 лет, получал единовременное пособие в размере 250 руб. Вдова погибшего на службе полицейского получала ежегодное пособие 36 руб., но только если ее муж имел стаж более 15 лет.
В начале ХХ в. отношение общественности к полиции было далеко не однозначным. Отметим лишь одну тенденцию, распространенную в сельской местности в среде крестьянства – наибольшей по численности части населения России. Эту тенденцию лучше всего отражают достаточно частые примеры из служебного опыта сельской полиции Воронежской губернии.
В марте 1912 г. урядник В. Жилинский с четырьмя подчиненными зашел на двор к крестьянину О. Каширскому и попытался увести, судя по всему, украденных лошадей. В этот момент сзади к уряднику незаметно подкрался сын Каширского, Иван, и ударил полицейского в голову черенком от лопаты. После этого Каширские стали избивать упавшего урядника всей семьей. Вокруг них собрались несколько крестьян, которые с самого начала подстрекали семью конокрадов к расправе над В. Жилинским. Четверо других полицейских стояли в стороне и ничего не сделали, чтобы отбить от крестьян своего начальника, получившего в итоге серьезные травмы!..
В том же месяце в селе Давыдовке Коротоякского уезда полицейский патруль задержал несколько пьяных за антиобщественное поведение. В этот момент кто-то ударил в набат, и собралась толпа крестьян около 400 человек. Они попытались отбить задержанных, поэтому полицейским пришлось прибегнуть к угрозам применения оружия, до которого, правда, так и не дошло. Эти и многие другие примеры свидетельствуют о том, что крестьяне нередко допускали насилие в отношении представителей полиции.
Важно отметить, что численность полиции была относительно невелика, особенно в провинции. В Воронеже, например, в 1904 г. штат городской полиции не превышал 200 человек, а в уездах служили около 1200 полицейских стражников почти на 3,5 млн жителей губернии.
Социальные проблемы полиции вытекали из действовавших в российском обществе того времени сословных порядков. Наблюдался значительный разрыв между высшими чинами полиции и низшими в плане уровня материального благосостояния, образования, продвижения по службе (рядовым полицейским за редким исключением был закрыт путь в полицейское начальство). Закономерно, что колоссальное социальное неравенство проявлялось в этике общения между руководством и подчиненными. Рядовые сотрудники называли начальство «ваше высокоблагородие», а те даже в официальной переписке обращались к рядовым исключительно на «ты».
Тем не менее российская полиция успешно развивалась, показывала результаты и была серьезной силой. В таком состоянии она смогла победить революцию 1905–1907 гг. и доказывала свою эффективность вплоть до начала марта 1917 г., когда правоохранительная система Российской империи была расформирована официальными распоряжениями Временного правительства.
Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь для просмотра содержимого данного поста.
Привет, дорогие подписчики и все, кого интересует тема загородного домостроения! Меня зовут Илья, я строитель и специалист по техническому обследованию загородной недвижимости.
Недавно ко мне обратился один из постоянных заказчиков, инвестирующий в элитную загородную недвижимость. И попросил провести осмотр дома с площадью около 200 м2, построенного из клееного профилированного бруса толщиной 250 мм и выставленного на продажу по цене около 30 000 000 рублей. Ну, что же - пакуем зелёный уровень, хватаем фонарь и в бой!
Заказчики и подписчики знают про моё отношение к брусовым домам. Ведь именно я ввёл в оборот термин щеледом, обозначающий сруб из бруса или бревна, построенный с нарушением норм теплосопротивления. Тем не менее, меня часто нанимают для проведения осмотров подобных домов, не считая моё мнение предвзятым. Т.к. обследование проводтся инструментальным способом, я никогда не даю оценку на уровне "хороший" или "плохой". Показываю заказчикам все недостатки и рассказываю возможно ли их устранить или нет. Иногда меня просят рассказывать про обнаруженные дефекты после осмотра, без владельцев. В этот раз была команда показать все недостатки собственнику, чтобы у него не возникло сомнений в оправданности предпосылок для торга. Ну, в брусовом доме это будет несложно. Включаем тепловизор и-и-и...
Всё, что в этом кино мы видим синеньким - приток уличного воздуха. Дом "дышит". Обратите внимание на температуру батарей отопления - местами она выше +70°C.
Ладно, с проницаемостью клееного профилированного бруса, срубленного в тёплый угол, всё понятно. Сделаем термофото на память:
В качестве описания поставлю этот комментарий:
Но давайте поймём - так ли уж всё плохо? Может быть, у меня тепловизор испорченный, а на самом деле нет ничего лучше щеледомика из обработанных брёвен?
Проверим приток через щели термоанемометром. 0,51 метр в секунду. Неплохая вентиляция. Это и есть то самое дыхание дома, которое вы никак не сможете контролировать.
Кстати, на втором этаже она работает наоборот - выдыхает. И подогревает свесы крыши, от чего вдоль стен висят огромные сосульки. Их видно на каждом щеледоме в зимний период.
Сама конструкция элитного сухого профилированного клееного бруса расползлась по причине его усадки, расщелившись по венцам.
Отопление дома - газовое. Оно и понятно - без газа в этом доме делать нечего. На отопление электричеством в зимний период придётся брать кредит.
Чему нас учит этот урок? Ни профилирование, ни камерная сушка, ни технология склейки из досок не спасает щеледом от расщеливания. Все эти процедуры лишь маркетинг, который повышает стоимость дома с естественной вентиляцией через щели. Маркетингом также является различное "тепло", которое всё время сопутствует технологии продуваемых домов - тёплый угол, тёплый шов, теплобрус, термобрус. Когда в названиях так горячо - готовься мёрзнуть.
Пост, в котором я с формулами рассказываю, почему вы сможете купить/построить только холодный щеледом: Закроем вопрос щеледомов. Почему брус и сруб не являются эффективными и современными вариантами загородных домов
Пост, в котором владельцы крупных щеледомостроительных компаний рассказывают о недостатках технологии Хороший домик из бревна, стоит денег дохрена! Денег нету? Вот облом - получите щеледом!
Обследования по теме "дома из сухого профилированного бруса":
Брусовый дом расщелило из–за кармы владельца
Щелетерем из клееного бруса - конструктив потерян. Очередной отчёт об осмотре брусового дома перед покупкой
Как обычно, на любые вопросы, которые не требуют больших временных затрат, расчётов или выезда на объект я отвечаю бесплатно в каментах или лично - мои контакты в профиле Пикабу. Кто не видит профиль или кому удобнее обратиться сразу напрямую - пишите в телеграм: karkasovo (это не канал, а мой контакт).
Аудит проекта, проверка договора на строительство, анализ сметы, выездное и удалённое обследование дома на соответствие строительным нормам, приёмка дома, консультации по реконструкции, строительный контроль - это моя работа и я делаю её за деньги.
Два последних дня я сидел за таблицей и подбил статистику первых 500 вопросов со своего канала. Выбрал оттуда 10 самых лёгких вопросов. Процент правильных ответов на эти тесты — 75% и выше. Погнали-с?
Ответ: речь про голубоногую олушу, конечно же.
Ответ: В 1928 году Флеминг исследовал свойства стафилококков. Он уже был известен своими ранними работами и получил репутацию блестящего исследователя, но при этом его лаборатория часто была неопрятной. 3 сентября 1928 года Флеминг вернулся в свою лабораторию, проведя август со своей семьёй. Перед отъездом он собрал все свои культуры стафилококков на столе в углу его лаборатории. Вернувшись, Флеминг заметил, что на одной пластине с культурами появились плесневые грибы, и что присутствовавшие там колонии стафилококков были уничтожены, в то время как другие колонии были в норме. Флеминг показал загрязнённые грибами культуры своему бывшему помощнику Мерлину Прайсу, который сказал: «Вот так же Вы и открыли лизоцим». Флеминг отнёс грибы, выросшие на пластине с его культурами, к роду пеницилловых, и, спустя несколько месяцев, 7 марта 1929 года назвал выделенное вещество пенициллином.
Ответ: Африка почти вдвое меньше Евразии и немногим больше Северной Америки. Площадь Африки около 30 млн км². Площадь Северной Америки около 24 млн км² . Другие материки значительно меньше.
Ответ: символ цинка Zn, а не Cn
Ответ: глаза располагаются в отверстии №4. №2 — верхнечелюстное отверстие. №3 — предглазничное окно. №5 — височное окно. После репоста этого теста в канале, когда там подросло количество подписчиков, количество верных ответов упало до 66%.
Ответ: конечно мелатонин называют гормоном сна. Меланин — высокомолекулярный пигмент. Меланосома — это органелла, содержащаяся в клетках царства животных, имеющая в составе меланин и другие светопоглощающие пигменты. Меламин — бесцветные кристаллы C3H6N6, малорастворимые в воде.
Ответ: фенек — самое маленькое псовое. Максимальный вес фенека — 1,5 кг. У афганской и островной лисицы 1,5 кг — это средний вес. Большеухая весит более 5 кг.
Ответ: точка Немо, или Океанический полюс недоступности — условная точка в Мировом океане, наиболее удалённая от какой-либо суши на Земле. Расположена в южной части Тихого океана, координаты 48°52′31″ ю. ш. 123°23′33″ з. д.
Ответ: речь про белую трясогузку. Трясогузка = трясти и гузка (жёппь).
Ответ: Карл Линней внедрил биноминальную номенклатуру в активное употребление. Имя рода всегда пишется с большой буквы, имя вида — всегда с маленькой (даже если происходит от имени собственного). В тексте биномен, как правило, пишется курсивом. Имя вида (видовой эпитет) не следует приводить отдельно от имени рода, поскольку без имени рода оно лишено смысла. В некоторых случаях допускается сокращение имени рода до одной буквы или стандартного сокращения.
Да, бинарная номенклатура биологической систематики на первом месте удивила. Но с другой стороны, все, кто учился в 6-м классе, должны про это знать. Так или иначе, подборочка вышла такой. Теперь самый важный вопрос:
Всем спасибо за внимание! Надеюсь я внёс разнообразие в вашу ленту. В моём канале "Естественно знаем" ежедневно выходят тесты, в основном по биологии и географии. Если пост вам понравился, обязательно ставьте плюсик. Можете ещё поблагодарить меня донатом или оставить комментарий. Авторам это очень важно, помните про это.
Всем привет. Приобрел очередной бронежилет:
Скоро поедет туда, куда нужно. Он на быстросъеме, с напашником - трехлистником. Попутно, продавец показал, как проверить качество каски:
Сам жду отмашки - пока не уехал, но рюкзак велели собрать. Кто не знает - работаю гражданским специалистом по нахождению ВОВ, при работе с энергетиками. Почитайте предыдущие посты. Специально для отчетов и материалов, которые здесь не приветствуются открыл телеграмм канал "Гражданский Специалист". Если эта тем интересна, просто нажмите - сюда.
Всех обнял. С глубоким уважением, Евгений Хрусталев.
Помните шутки про электрические мотоциклы, как первый шаг к резиновой женщине? Похоже, не такие уж это и шутки. Компания Zero Motorcycles, известная своими электрическими байками, подала вслед за Kymco патентную заявку на рычаг, эмулирующий работу классического сцепления.
И речь идёт не о дешёвой поделке, выключающей двигатель для успокоения привыкших к механике мотоциклистов, имитация выходит на новые высоты. Так, рычаг не только расположен в привычном месте и выглядит привычным образом, но и предполагаемо будет вести себя привычно по ощущениям. При нажатии сперва будет резкое увеличение усилия (выбрали свободных ход), потом плато и в конце — ослабление сопротивления. Звучит похоже на обычное сцепление. И дело не только в ощущениях от ручки. В процессе нажатия контроллер может дозировать крутящий момент так, будто бы вы находитесь в «серой зоне» проскальзывания сцепления.
Уже очень похоже, да? А что делать с тем моментом когда мы «перегазовываем» на старте, получая рывок с места при «бросании» сцепления? Zero Motorcycles в курсе и планируют отслеживать скорость и положение рычага. В патенте говорится: «Например, быстрое отпускание левого рычага управления из его полностью включенного положения может привести к тому, что контроллер потребует от двигателя кратковременного увеличения крутящего момента, превышающего требуемый крутящий момент, указанный положением дроссельной заслонки, имитируя или воспроизводя ощущение "выключения сцепления"».
В современных мотоциклах можно встретить «оцифрованные» тормоза, делающие работу за водителя. «Оцифрованный» газ даёт круиз, карты двигателя и не даёт поднять мотоцикл в свечку. «Оцифрованная» коробка сама переключает передачи. Ну и следующее на очереди - «оцифрованное» сцепление. Не могу сказать, что меня однозначно радует этот момент, но работа сцеплением — полезная штука и электромоторы вполне годятся для такой работы за счёт ломового момента на низах.
На следующий день Хутха пропал с самого утра. Когда Егор проснулся, грача уже нигде не было. «Ну и черт с ним», — решил Егор и пошел на работу.
Когда он уже подходил к парку, смартфон тренькнул оповестив о входящем сообщении. Егор взглянул на оповещение: «Пётр Иванович. Шеф. Есть информация об Окса…». Только он собирался разблокировать мобильник, чтобы полностью прочитать сообщение, как едва с кем-то не столкнулся, увернувшись в последний момент.
— Ой, п… простите, — спотыкаясь пробормотала подвыпившая женщина, которую едва не сшиб Егор.
Выглядела она на сорок с лишним, худая, без шапки, в поношенном пуховике. Воздух рядом с ней рябил и искажался: вокруг сновали, словно маленькие полупрозрачные змейки, едва-заметные новорождённые ду́хи, но женщина их совсем не замечала. Было в её виде что-то такое, из-за чего Егору стало жаль её, и он зачем-то принялся оправдываться:
— Нет, это я в телефон засмотрелся…
— Тогда будет уместно в качестве извинения угостить даму выпивкой, — не растерялась она.
Егор решил, что лучше разобраться, из-за чего рядом с ней вьётся столько духов, и согласился.
— Тут магазинчик недалеко совсем, — сказала она, и пошла вперёд. Весь рой духов последовал за ней. — Тебя как зовут то? Я — Лена.
— Егор.
— Хороший ты, Егорка, парень! Не каждый готов прийти на помощь женщине в беде!
— А вы в беде?
— А не похоже? — повернулась Лена к Егору и слегка пошатнулась. — Пить то нечего!
— Вы бы под ноги смотрели, — заметил Егор.
— А чего смотреть то? Мы уже пришли!
«Что я делаю?» — спрашивал себя Егор, проходя мимо витрин с бутылками. Найдя коньяк, который, не очень-то разбирающемуся в крепком алкоголе Егору, показался более-менее нормальным, он пошёл на кассу. Как только он вышел из магазина, сразу угодил в облачко вонючего сигаретного дыма и от неожиданности закашлялся. Разогнав дым рукой, он протянул Лене бутылку. Духи, что интересно, предпочитали наветренную сторону, где дыма меньше.
— Ого! Такое в одиночку пить нельзя. Раз ты угостил меня, я угощу тебя, идёт?
Это показалось Егору излишним и он мотнул головой:
— Мне работать надо.
Лена сразу изменилась в лице: погрустнела и, казалось, вот-вот заплачет.
— Вот всегда так, — промямлила она. — Мне б просто компанию… душу, с кем поговорить можно.
— Не плачьте, ну… — растерялся Егор, и сдался: — пойдёмте, составлю компанию.
— Правда? — всхлипнула Лена.
«Всё же стоит узнать, что так привлекает духов», — решил Егор и ответил:
— Да, правда.
Лена улыбнулась и уверенно направилась к панельке по соседству, в лифте нажала кнопку тринадцатого этажа. Весь путь наверх она несла всякую чушь о погоде и магнитных бурях.
На этаже ей принадлежала дверь с обшарпанным, уставшим деревянным декором, самая невзрачная и при этом самая выделяющаяся на фоне добротных соседских дверей с блестящими ручками.
В тесной прихожей Лена сняла пуховик, небрежно набросила его на вешалку и пошла к кухне, захлопнув мимоходом дверь комнаты.
Свернув в коридор, она открыла одну из дверей слева, туалет, и сказала:
— Я быстро, ты располагайся, — махнула рукой в сторону кухни и протянула Егору бутылку с коньяком, — и открой пока это, — и закрыла дверь.
Егор прошёл в кухню, нашёл табурет и сел за небольшой прямоугольный стол на четырёх ножках. Столешница на одном углу расслоилась, а сам стол немного качался. Егор открыл бутылку, из которой сразу повеяло крепким спиртным — пить это ему совсем не хотелось — и достал телефон, чтобы прочитать сообщение от Петра Ивановича.
«Есть информация об Оксане. Живёт с матерью рядом с парком. Что странно, отец погиб за 10 месяцев до её рождения. Навести её мать, узнай подробности.»
Адрес Пётр Иванович, почему-то, прислал следующим сообщением.
Едва Егор убрал телефон, как Лена вышла из туалета.
— А чего рюмки не взял? — удивилась она. — Ладно, сейчас достану.
И она принялась один за другим обшаривать кухонные шкафы, приговаривая: «Где-то тут были… Да где же они? Сбежали, что-ли?». В итоге, не найдя рюмки, она достала два отливающих бирюзовым стеклянных стакана и грохнула их об столешницу. Затем взяла бутылку и щедро плеснула коньяка сначала в один стакан, затем во второй. Подняла свой, произнесла:
— За знакомство! — и одним глотком осушила.
Егор нерешительно взялся за второй стакан.
— Ты пить не собираешься что-ли? — спросила она с удивлением и обидой.
— Нет, нет! Задумался, — ответил он и храбро опрокинул стакан. Коньяк обжёг горло. От неожиданности Егор судорожно вдохнул, и его едва не вырвало.
— Ты до этого вообще хотя бы раз в жизни пил?
— Такое крепкое ни разу, — сдавленно ответил Егор, поморщился и сразу сменил тему разговора. — А вы из парка шли?
Лена кивнула:
— Вроде того. Меня не пустили. Говорят, там то-ли ремонт, то-ли дезинфекция. Паразиты! Ну какая дезинфекция зимой-то, да? Ещё по одной?
— Попозже, — попросил Егор и, чтобы отвлечь Лену, спросил: — Вы любите в парке гулять?
— Да нет, — отмахнулась Лена, — дочь моя, Оксанка, постоянно там пропадает в последнее время. Я и хожу, вытаскиваю её оттуда. До того дошло, что вчера она даже домой ночевать не пришла. Я её искать ходила, но если она не в парке, то где ж искать-то?
В голове у Егора что-то щёлкнуло и он спросил:
— А какая квартира? Я что-то не запомнил номер.
— Пятьдесят первая.
— А Оксана как выглядит? Невысокая, с длинными тёмными волосами… — начал-было Егор, но Лена его перебила:
— Да! Немного ниже меня, в оранжевом пуховике, на капюшоне ещё искусственный мех, — затараторила она, руками водя вокруг головы, изображая капюшон.
— Кажется, я вашу Оксану позавчера в парке видел. Выглядела здоровой и в порядке. Думаю, скоро домой вернётся. С подростками бывает такое, может к подруге ночевать пошла и не позвонила.
— Бывает, как же… — пробормотала Лена, плеснула ещё коньяка в стакан, и выпила, не поморщившись, — посмотри на меня. Как думаешь, хорошая я мать? Не отвечай. Я и сама знаю, что нет. Вот это, — она потрясла бутылкой, — вот это, — обвела рукой вокруг, — кому понравится? Ей не хочется тут жить. Не могу её винить, мне бы тоже не хотелось.
— Так бросайте пить.
Лена горько усмехнулась.
— Я бы рада, и даже пыталась. Результат ты видишь, — она на какое-то время замолчала, а затем заговорила почти-что шёпотом. — Когда Серёжа умер, Оксанин папа, — по щеке скатилась слеза, — я очень переживала. Он на вахте был на севере, письмо прислали заказной. Знаешь, что написали? «Сергей Поту́рин погиб в ДТП». Я сначала не верила, думала ошибка, а потом, думала, скоро за ним на тот свет отправлюсь. Знаешь, мир совсем серый стал, как будто кто-то краски все смыл. А потом Серёженька стал приходить ко мне. Во сне, представляешь? Утешал, говорил, что жив, что мы будем ещё вместе. Ну и… зачали мы тогда Оксанку, — Лена выпила ещё, — только… Серёжа то на самом деле погиб там, на севере. Его же сюда доставили хоронить. Я тело своими глазами видела — на какое-то время Лена замолчала, упёршись взглядом в стену, а затем внезапно спросила: — Кто отец Оксаны? Кто приходил ко мне под личиной Серёжи?! — последнее Лена уже выкрикнула, а спустя миг стакан, из которого она пила, в дребезги разбился о стену. Несколько секунд Лена сидела, глядя в одну точку, а затем спрятала лицо в ладони и разрыдалась. Навзрыд. И в воплях время от времени можно было разобрать: «Кто? Кто её отец?».
Ошарашенный Егор сидел, боясь двинуться. Со временем, вой сменился всхлипами, которые звучали всё реже. Наконец Лена подняла раскрасневшееся заплаканное лицо и сказала:
— Извини, что вывалила на тебя всё это. Я не должна была…
— Всё в порядке, — выдавил из себя Егор, — вы как?
— Как всегда, — ответила Лена. грустно глядя на осколки — Хороший стакан был. Может я с ума сошла? — пожала она плечами, — Просто не заметила.
Она грустно улыбнулась.
— Тебе, должно быть, на работу пора. Давай провожу.
Егор не стал отнекиваться и пошёл к выходу.
У подъезда его уже ждал Хутха. Егор скользнул по грачу взглядом, и пошёл к парку, делая вид, что того не существует. Вскоре он почувствовал привычную тяжесть на плече.
— Раз уж ты вернулся, скажи, может ли женщина зачать от духа? — безразлично спросил Егор.
— Я о таком никогда не слышал, но теоретически, думаю, может. Только духу это будет стоить большого количества силы. Не каждый на такое способен.
— Дух должен быть достаточно могущественным?
— Да.
— Может быть достаточно могущественным летавец?
— Я, кажется, понимаю, к чему ты клонишь. Оксана?
— Её отец погиб за десять месяцев до её рождения, а к матери потом приходил летавец. И, как видишь, и мать и дочь живы.
— Это странно. Обычно пламенный змей быстро иссушает жертву.
— Зачем летавцу может понадобиться оставить потомство? — задумчиво пробормотал Егор.
— Затем же, зачем и человеку, — ответил ему незнакомый голос.
Егор повернулся к говорившему. Им оказался высокий мужчина. Его лицо обрамляли пламенно-рыжая буйная шевелюра и того же цвета густая борода с усами, а глаза, ярко карие, не мигая, смотрели на Хутху.
— А зачем человеку? — спросил Егор.
— Разделить любовь, — не моргнув, ответил рыжий.
— Дух может любить? — удивился Егор.
— Спроси у своего пернатого друга. Почему-то мне кажется, что у него есть на этот счёт мысли.
Хутха не отвечал. Напряжение росло, и Егор, не выдержав, спросил:
— Ты знаешь отца Оксаны?
Рыжий кивнул.
— И кто это?
— Я.
— И ты пришёл к нам сам? — удивился Егор.
— Я не причиняю вреда людям, и вы не причините вреда мне.
— Что ж, это правда, — сказал, наконец-то, Хутха. — Так зачем ты пришёл?
— Хочу увидеться с дочерью. Я искал её семь лет и теперь, наконец, почти нашёл. Не хочу всё испортить.
— И ты думаешь, мы сумеем тебе помочь? — спросил Егор.
— Если не вы, то никто не сможет. Ты, — сказал он Егору, — похож на неё. Ты, как и она, принадлежишь двум мирам. Никто не поймёт её лучше тебя. А ты, — он обратился к Хутхе, — старый и мудрый. Ты сумеешь понять меня.
— Как тебя зовут? — спросил Егор.
— Патрике́й.
— Что ж, Патрикей, пойдём в парк. Уверен, Оксана там.
У входа их встретил уже знакомый Егору колдун. Он предупредил, что людям в парк нельзя — опасно.
— Я не человек, — ответил Патрикей, и Егор, внимательно за ним следивший, заметил, как глаза у летавца на секунду стали оранжево-жёлтыми, а зрачки вытянулись в вертикальную чёрную щёлку. Миг, и всё вернулось как было. Колдун, охранявший вход, немного помялся, но всё же впустил их в парк.
Пройдя немного вглубь, Егор ощутил необычное оживление. Слышался тихий треск и шелест, будто деревья переговаривались друг с другом. Егор невольно замедлил шаг
— Леший решил, что пришло время действовать, — сказал Хутха, и улетел у лес. Егор видел, как чёрный силуэт грача мелькает неподалёку среди деревьев.
Патрикей, видимо воодушевлённый скорой встречей с дочерью, ушёл вперёд. Вскоре дорога разошлась в разные стороны, и летавец повернул налево. Егор прибавил шаг, чтобы догнать его, но на перекрёстке вместо широкой дороги, достаточно просторной для машины, обнаружил тропу, на которой едва разминутся два человека. Обернувшись, позади он увидел точно такую же тропу, хотя пришли они по одной из главных дорог парка, которая была не меньше трёх метров в ширину.
И куда теперь идти? Что впереди, что позади тропа совершенно одинаковая. Наугад выбрав направление, Егор пошёл вперёд. Голые ветви берёз, тополей, буков и каштанов нависали прямо над Егором, лезли в лицо и цеплялись за куртку. Еловые лапы то и дело хлестали его, будто кто-то шёл впереди и постоянно оттягивал ветви, отпуская в последний момент так, чтобы те со всего размаха прилетали Егору в лицо.
Так прошло минут десять. Тропа стала едва заметной, а ветви всё настойчивее цеплялись за одежду, ноги всё глубже утопали в снегу, холодный воздух всё сильнее обжигал лёгкие с каждым новым вдохом. Казалось, лес затягивает его всё глубже, и чем упорнее Егор пробивался через снег, тем надёжнее увязал в чаще. Заметив это, он остановился и задумался: «Что делать?». Патрикей и Хутха пропали, и вряд ли это было случайностью. Куда бы то ни было идти бессмысленно, сходить с тропы точно нельзя — точно пропадёшь. Стоять на месте бесполезно — околеешь.
Можно бы было шагнуть в мир духов, но так он окажется совсем уж беззащитным перед лешим.
Раздался звон, будто лопнула струна на гитаре, послышался глухой рык, а по деревьям прошла дрожь. Казалось, кто-то доставляет лешему много неприятностей.
«Пока его отвлекли, можно попробовать… Была ни была», — решил Егор и сделал шаг, покидая тело. Мир окрасился в оранжевый цвет, будто кто-то добавил фильтр сепии. Неожиданно Егора обдало тёплым сухим ветром. Он дул откуда-то слева. Там, среди деревьев, было что-то слабо светящееся, что-то тёплое.
Раздался глухой звук, будто кто-то ударил в очень большой бубен, волна силы толкнула Егора в спину, и покатилась дальше по лесу, искажая перспективу.
— Орфа кайрахи, — раздался неподалёку властный женский голос.
— Ай, — ответил мужской.
Егор повернулся на голоса, и увидел перед собой двоих человек: мужчину, который был одет как крестьянин встарь, и женщину в одеждах, которые Егору никогда видеть не доводилось. Больше всего её одеяние было похоже на богатое платье жрицы. Егор протянул руку. Казалось, он вот-вот коснётся грубой ткани, из которой была сшита рубаха мужчины, но как только он дотянулся до видения, оно развеялось, словно дым. Сзади послышался шорох, будто кто-то идёт по мелкому щебню. Егор обернулся и увидел ещё один мо́рок. Лес пропал. Мужчина, которого он только что видел перед собой, идёт по горному ущелью. Справа и слева в нескольких метрах от него вздымаются скалы, под ногами шуршит мелкая каменная крошка. Он останавливается и кричит что-то кому-то позади, а затем его нагоняет огромное существо, отдалённо напоминающее косматого носорога настолько громадного, что массивный рог его, который располагался прямо между маленьких глазок, был длиннее взрослого человека.
Очередной взрыв энергии сдул мо́рок. Егор вновь ощутил сухой жар от чего-то, лежащего впереди среди деревьев, и пошёл к источнику этой силы. Затем волны энергии, будто от взрывов, пошли одна за другой, почти без перерыва, и Егору пришлось вернуться в тело. Заколдованная лешим тропа вновь стала обычной, и Егор обнаружил неподалёку приусадебный пруд. Источник необычной силы пропал вместе с колдовской тропой.
Стоял ужасный шум: что-то трещало, грохало, хлопало и чавкало совсем рядом. Не раздумывая, Егор побежал к источнику шума. Между деревьями мелькнула пламенным росчерком лисица, но Егор, проигнорировал её.
Скоро он выбежал на край поляны. Снег на ней полностью растаял, земля превратилась в болото, а деревья вокруг были опалены и поломаны. Огромный, в человеческий рост, чёрный ворон и змей, сотканный из пламени, бились с высокой, этажа в три ростом, тварью, отдалённо похожей на уродливого, узловатого деревянного человека. Страшного, с наростами по всему телу и пятью руками-ветками, которые оканчивались длинными пальцами с острыми шипами вместо когтей. В груди у него мерцал, словно билось сердце, бледно-жёлтый свет. Таких, совсем диких леших бабушка называла «чащей».
Хутха чёрной кометой врезался в монстра и принялся терзать того когтями и клювом. Чащей схватил его, и пронзил шипами крылья. Хутха хрипло каркнул, но в этот миг летавец, огненным тараном врезался в монстра сбоку, опалив того, и отбросив к краю поляны.
Чащей приник к земле, и быстро погрузился в грязь.
Под Хутхой из земли выпростались, как щупальца, длинные, гибкие корни, опутали его и потянули к земле. Ворон мгновенно уменьшился в размерах, и выпорхнул из хватки, а корни, уже без добычи, со всего размаху грохнулись о грязь. Тут же подлетел Патрикей и хлестнул по корням хвостом, спалив их до углей.
Земля под летавцем вспучилась, и из под неё выскочил монстр, разбросав комья грязи по поляне. Он выбросил вперёд руку, и проткнул змею бок. Страшно закричав, Патрикей взлетел выше, роняя на поляну пламенную кровь. Чащей тоже пострадал: его ветка полыхала. Пламя разрасталось и жадно пожирало деревянное тело монстра.
Чащей вновь приник к земле, но Хутха, теперь став просто огромным, налетел на него чёрной тенью и схватил за спину, что бы не дать уйти, но его сил не хватило, и монстр снова погрузился под землю. Прошла минута, две, а чащей никак не появлялся. Хутха, всё ещё огромный чёрный ворон, сел рядом с Егором.
— Сбежал, — сказал он.
Патрикей тоже спустился и принял человеческий вид. Левый бок был залит кровью.
— Что будем делать? — спросил летавец.
— Его надо добить, — безжалостно ответил Хутха.
Егор поймал себя на мысли, что огненный змеи в человеческом обличии, общающийся с огромным чёрным как ночь вороном его совсем не удивляют, хотя должны бы. Даже для колдунов такое зрелище было бы необычным.
— Но откуда в нём столько силы? — спросил Патрикей и поморщился крепче прижав руку к левому боку.
— Возможно я знаю, — вклинился Егор. — Когда он завлёк меня на колдовскую тропу, я заметил странный источник силы. Правда я не успел до него дойти, и потерял его из виду, когда колдовская тропа разрушилась.
— Веди туда, где ты оказался, когда вышел с тропы? — сказал Хутха.
Оказавшись на месте все трое принялись озираться, но ни один не мог ничего заметить.
— Как ты его обнаружил?
— Леший затащил меня на тропу. Когда я понял, что в ловушке, то встал на этом самом месте и… — Егор замолчал и ударил себя ладонью по лбу, — ну конечно, я же из тела вышел.
Окрылённый догадкой, он сделал шаг из тела, и сразу же ощутил всей душой тепло. Сухое, песчанное, иссушающее, как дыхание пустыни. Вокруг шептались мороки, но Егор, не обращая на них внимания, пошёл к источнику силы. Каждый следующий шаг, давался тяжелее предыдущего. Внезапно, будто из ниоткуда, перед ним появился человек. Он был немногим выше Егора, лысый и безбородый, его серая кожа была испещрена трещинами, из которых лениво струился золотистый дым.
— Ты кто? — спросил Егор.
Вместо ответа, фигура человека начала увеличиваться, кожа покрылась корой, руки превратились в ветви, а ноги — в корни.
Мимо ошарашенного Егора пробежал, сотканный из переливающейся пурпуром тьмы человек — Хутха, с антрацитово-чёрным копьём в руке. С другой стороны пронёсся пламенный змей. Егор, наконец-то, пришёл в себя. У него в руке появился клинок души, переливающийся белым и синим, и Егор решительно шагнул вперёд, тоже вступая в бой.
Тьма и пламя, будто ожившие стихии, нападали на лешего, но тот не только умудрялся отбиваться, но и нападал в ответ.
Деревянная лапа пронеслась над Егором, он взмахнул клинком и оставил в теле духа глубокий порез. Следующий удар Хутхи окончательно отломил ветку. Егор бросился вперёд, замахиваясь клинком души. Он проскочил под второй лапой, чудом избежал острых шипов, прыгнул и вонзил клинок твари в грудь. От руки через Егора прошла волна боли, и грудь лешего лопнула, обнажив светящееся изнутри живое сердце.
Поверженный монстр рухнул на колени, но ещё был жив. Подошёл Хутха. Он схватил сердце и рванул его из груди.
— Тут что-то есть внутри, — удивлённо сказал он, а затем, вскрикнув, выронил добычу.
Непонятно откуда выскочила лисица, схватила сердце, и молнией понеслась прочь. Патрикей и Хутха бросились следом. Егор вернулся в тело, и побежал за ними, но куда ему было угнаться за духами?
Когда он их нагнал, лисицы нигде не было, зато на земле лежала девушка, лет шестнадцати, с огненно-рыжими волосами. Нагнувшись над ней на коленях стоял Патрикей, а рядом, медленно погружаясь в тающий снег, лежал неогранённый жёлтый самоцвет.
— Что случилось? — спросил Егор у Хутхи, который теперь снова был грачом.
— Нечто немыслимое.
— Кто она?
— Оксана.
— Она точно была младше, — с сомнением сказал Егор.
— Камень, — Хутха клювом показал на проталину рядом с Патрикеем, — сплавил вместе души Оксаны и духа лисицы, и теперь перед нами некто… необычный. И не человек, и не дух. Если она выживет, конечно.
— Но почему она повзрослела?
— Потому что лисица уже давно была взрослой. И, если она повзрослела так не сильно, значит от человека в ней должно оказаться больше, чем от духа.
В этот миг Оксана пошевелилась. Жива. Патрикей притянул дочь, и крепко обнял. На лице девушки смешались непонимание и испуг, но сил сопротивляться у неё, по всей видимости, не было.
Звонок телефона. «Пётр Иванович. Шеф.»
— Алло.
— Что у вас там происходит? Полчаса до тебя дозвониться не могу!
— Сейчас уже ничего, — ответил Егор, плюхнувшись на снег. Он осознал, что всё закончилось, и почувствовал, насколько же устал. — Всё кончилось.
— Что кончилось? Я сейчас направлю к вам людей. Никуда не уходите!
— Хорошо, не уйдём.
Вскоре в парк начали прибывать колдуны. Они осматривали поле битвы, удивлённо охали, присвистывали и приставали с расспросами, но Егор слишком устал, чтобы по нескольку раз повторять историю, которую он всё равно должен будет рассказать Петру Ивановичу, поэтому он только отнекивался. К Хутхе и Патрикею приставать было и вовсе бессмысленно. Летавец хотел уйти сразу, как всё закончилось, но Хутха наотрез отказался отпускать с ним дочь, и Патрикей решил остаться, чтобы присмотреть за ней.
Вскоре, как и ожидал Егор, появился Пётр Иванович. Он сразу же затребовал от Егора подробный отчёт о том, что тут произошло. Довольно быстро вокруг них собралась немалая публика. Пётр Иванович попытался разогнать любопытствующих, но особого успеха не добился, и смирился.
— Хорошо, ты Летавец, — сказал он наконец, когда Егор и Хутха закончили свой рассказ, — почему ты в это влез?
— Защитить дочь, — просто ответил Патрикей.
Пётр Иванович выглядел так, будто голова от сегодняшних происшествий у него шла кругом. Он пытался что-то сказать Патрикею, но слова не шли, и он оставил попытки, и обратился к Хутхе.
— Что это за камень? — сказал он, показывая самоцвет, который сейчас сложили в деревянную шкатулку. — И почему его нельзя трогать?
— Я не знаю, что это за камень, но в нём слишком много силы. Настолько много, что слабого человека он убьёт, а достаточно сильного лишит рассудка. Не рекомендую проверять.
— Поверю на слово, — Пётр Иванович захлопнул шкатулку. — Откуда он?
— Думаю, что из другого мира. По крайней мере других идей у меня нет.
— Я тоже так думаю, — встрял Егор, — мне кажется, что это камень насылал видения, о которых я рассказал.
Пётр Иванович тяжело вздохнул, помолчал и пошёл к выходу.
— Постой, — сказал ему в спину Патрикей, — что с моей дочерью?
— Мне тоже интересно узнать, — услышал Егор знакомый голос от входа в палатку. Там, опираясь на трость с костяным набалдашником, стоял Кащей. — Я её видел мельком, пока шёл сюда и, если кому-то интересно моё мнение, она не человек. Требую отдать её под мою опеку.
— Она и не дух, — коротко ответил Хутха.
— Такое решение может принять только Сева́йр, — явно нервничая возразил Пётр Иванович.
— Пришёл разобраться со своими делами.
Пригнувшись, чтобы не задеть полог, Кащей вошёл в палатку.
— И в первую очередь наказать одну зазнавшуюся змею, — сказал он, глядя на Патрикея. Внезапно он повернул голову к Хутхе: — Но не тут, не тут. Патрикей пойдёт со мной, и его дочь тоже.
— Нет, — возразил Хутха. — Патрикей пусть уходит, но Оксана останется. Она не принадлежит ни людям, ни духам. Либо принадлежит сразу и тем, и другим, но человеческого в ней осталось больше. У тебя меньше прав на неё. Люди возьмут её под свою опеку.
— Я не могу согласиться на это.
— У тебя нет выбора, — жёстко ответил Хутха, и тут же добавил мягче, — конечно, ты тоже имеешь право на общение с ней. Как и Патрикей.
— Ты делаешь мне одолжение? — с угрозой спросил Кащей.
— Я делаю тебе компромисс.
Какое-то время Кащей молчал, сверля Хутху глазами, но в конце концов ответил:
— Хорошо. Пусть будет так. Но мы это ещё обсудим. И с тобой, — сказал он Хутхе, — и со стариком Севайром, — добавил, глядя на Петра Ивановича, затем развернулся и, сказав Патрикею следовать за ним, вышел из палатки.
— Кто же ты такой? — спросил Пётр Иванович у Хутхи, когда Кащей ушёл.
— Старый ворон, — ответил Хутха, — очень старый.
Всем привет! На связи SilverArrow.
Вы никогда не задумывались о солнечных зайчиках?
Вот они, прямо перед нами, отражаются от зеркал, проходят сквозь стёкла, прыгают туда-сюда, стоит только покачать экраном телефона или циферблатом часов.
Дети Солнца. Лучи его, расходящиеся далеко-далеко, и оказывающиеся на поверхности иных тел, вращающихся вокруг него.
И многие в детстве любили их ловить ради этого тёплого, мягкого ощущения на коже, будто прикасаешься к самому Солнц -и оно, такое страшное, оказывается ласковым и пушистым.
И вот мы, как первобытные охотники, расставляли ловушки, наблюдали за тем, как они прыгают - туда-сюда, а потом откладывали зеркала - и зайчики умирали.
Мы, правда, об этом не задумывались.
Мы были слишком молоды, слишком задорны, слишком верили во всё лучшее...
Точно так же, как и два главных героя "Попытки к бегству". Такие же солнечные зайчики с земли Полудня, которые летят от своей ярко пылающей обители к другим планетам, неся с собой свет цивилизации и лучшего общества.
Но, правда, на их корабле оказывается другой зверь.
Он, наверно, должен был прийти, рано или поздно, к Стругацким - такой персонаж. Они его готовили - все эти истории про то, как люди попадают куда-то в будущее, либо становятся свидетелями того, как будущее неумолимо приходит к ним, хотят они того - или нет.
И такой персонаж возник из ниоткуда - и оттуда вернулся, а мы только знаем, как он был там - и то, что с ним стало, когда он снова оказался в своей тарелке.
И будущее это для одних пахнет огромными полями Земли, над которыми летают смешные машины...
А для других - газом в бетонной камере.
"Попытка к бегству" - это, по словам Бориса Николаевича, "слом их сознания" и "та книга, с которой Стругацкие и начались".
Оказалось, что можно не объяснять всё, а просто рассказать историю. И тут действительно мало объяснений - никто больше не стремится разжевать за вас, читатели - давитесь, понимайте сами.
Хотите - читайте как увлекательную историю про попаданца в странный, чуждый ему мир Полудня - и почему-то знакомый, и знакомо-омерзительный мир планеты Саула.
Хотите - читайте, как книгу про то, что пока в одном месте торжествует Полдень, в другом царит безлунная Полночь, которую даже свет, ворвавшийся туда, не может разогнать - а только отпугнуть, ибо там, где торжествует тьма, он бессилен. Это только солнечный зайчик, который проникает в случайно открывшуюся щёлочку, ведущий в тёмный чулан или до того запертый - не более. И оттого и страшнее темнота - ведь непонятно, что нас ещё может ждать за тонким лучом света, который пытается её разогнать.
Хотите - отложите в сторону, поражённые тем, насколько мир может быть жуток вне Полудня.
"Попытка к бегству" - это, по словам Бориса Натановича, плод писательского кризиса, первого НАСТОЯЩЕГО кризиса.
Ведь изначально не было никакого отказа от объяснений. Напротив, как всегда в научной фантастике - всё было связано и завязано, двое героев, парень и девушка, летят на какую-то планету, с ними летит третий, который ведёт над ними эксперименты, а потом на самой планете оказывается, что все эти эксперименты продолжаются в совершенно ином месте...
Но - скучно!
Плоско!
Непонятно, зачем!
И вот авторы сидят, один курит, второй выпивает. Раньше материал брался кавалерийским наскоком, но теперь он, окопавшись, сыплет по лошадям свинцом - и неясно, как преодолеть эту преграду, и взять эту крепость...
А потом оказывается, что эту крепость может взять только тот, кто видел такие вещи сам. Пусть даже его там и не должен быть.
Так у Стругацких появляется герой из ниоткуда, сюжет выпрямляется, и, подобно танковому клину - берёт позицию нахрапом, блицкригом, без осады...
Чтобы снова и снова брать её, раз за разом, в бесконечной веренице машин, которые без остановки двигаются из точки А в точку Б, но из точки Б снова приходят в точку А, и снова двигаются...
Точно так же, как всякая детвора, вне зависимости от поколения, будет продолжать пускать солнечных зайчиков.
А Солнце будет продолжать сиять в своём далёком Полудне...
С "Попыткой к бегству" я знакомился дважды.
Жаркое, пыльное, степное, южное лето.
Мне 14 или 15. Первая электронная книга - и последняя, до сих пор живая, на удивление. Добытое корсарским путём полное собрание сочинений Стругацких - в электронном виде, полный текст, бывший под чёрной обложкой в девяностые - а теперь спрятанный в белом пластике корпуса.
Первый том пропущен - там нет знакомых названий, ни одного из них.
Второй - тоже, он начинался с "Пути на Амальтею", вроде, или с "Полудня", я уже не помню, а гуглить не хочу. Упущение, но, благо навёрстанное потом.
В третьем томе были "Трудно быть богом" и "Понедельник начинается в субботу", уже читанные, но до них нужно было долистать - и тут я зацепился взглядом за какое-то описание...
Я не помню, что это было. То ли фраза про "нагрей мне ложе, труполюб!" (да, в книге она иная, но я и тут воспользуюсь своей, человеческой памятью, а не логикой ИИ), то ли бесконечная вереница машин, которую пытались сбить с пути - не помню.
Помню, что прочитал тогда эту повесть - и был в восторге, потому что она так хорошо сочеталась с "Трудно быть богом", только там приходила серость, а тут - свет! Она так хорошо перекликалась с "Обитаемым островом", потому что тут тоже были древние машины, которые что-то делали сами, а там был автотанк в лесу и "Личный Его Императорского Высочества принца Кирну 4-х золотых знамен именной бомбовоз "Горный Орел"...
Потому что там смелые герои вступали в схватку с устоявшимся порядком - и готовились вернуться и победить, даже после первого контакта...
А потом, уже став старше, я прочёл поздние книги Стругацких. И понял, про что, как мне кажется, "Попытка к бегству".
Это - книга-перелом, действительно. Переход от большой ФАНТАСТИКИ, скованной жанром, к большой ЛИТЕРАТУРЕ, которая скрывается под маской фантастики.
Эта книга написана людьми, которые начали разочаровываться, но пока этого не осознают. Да, они способны смеяться и не обращать внимания - "Понедельник начинается в субботу" появится позже, и о нём мы будем говорить позже.
Но где-то внутри, подспудно, смех становится болью. "Попытка к бегству" - это начало медленного заката, движения к горизонту, вечеру, сумеркам, ночи. Пусть и продолжает светить над головой полуденное Солнце...
Стоит ли начинать с этой книги знакомство со Стругацкими? Если вы делаете это, потому что упустили их в юности - да, сто раз "да". Они сами её оценили потом, когда прошло время - и то, мне кажется, оттого, что удачно увернулись от цензуры с ней, и что она не стала камнем преткновения (правда, одна изначальная идея в книге так и не возникла. Если не читали - не ищите про неё информацию, спойлеры!).
Я же читаю её каждый год с тех пор, как узнал впервые.
Потому что хочется, чтобы у человека, который достоин убежать от реальности, всё получилось.
И потому что знаешь, что людей, бегущих от реальности, она особенно любит догонять.
______________________________________________________________________________________
И традиционное послесловие:
Это - экспериментальный формат. Про Стругацких я продолжу рассказывать, буду стараться делать это каждый раз по-разному, пусть и в отдельных деталях.
Ну и свои рассказы, надеюсь, скоро вам подвезу)
Буду рад видеть Ваше мнение в комментариях. Хорошего Вам дня!
С уважением, ваш SilverArrow
Ссылки на предыдущие посты:
Я вам сразу скажу, не знаю, волшебный ли это ключ, или инопланетный, или еще какой-то... но когда я говорю, что он открывает любое устройство, я имею в виду ЛЮБОЕ устройство! Он открывает лотки для дисков, дверцы холодильника, наши электрические ворота… Все, что нужно сделать, это направить ключ, нажать "открыть", и... оно открывается! Просто вот так!
Он даже открывает нашу входную дверь! Одно нажатие кнопки "открыть", и дверь отпирается и мягко распахивается внутрь! Это ПОТРЯСАЮЩЕ!
Я нашла его на обочине дороги возле нашего дома чуть больше недели назад. Рассказала родителям, конечно, и спросила, что с ним делать… Они велели отнести находку в почтовое отделение в конце улицы и сдать, на случай, если кто-нибудь его ищет.
Это конечно ерунда какая-то (почему именно почтовое отделение? Это туда взрослые ходят искать потерянные вещи?..) но я была уверена, что родителям виднее, так что не стала спорить и пошла относить ключ.
...Правда, по дороге я немного похулиганила. Навела его на машину, припаркованную у соседского дома, и нажала кнопку “открыть”.
Знаете, просто на тот случай, если это ключ от той машины, просто чтобы посмотреть, что будет… И что вы думаете?! Машина открылась! Одна из дверей даже распахнулась! Нет, вы представляете?
Я подбежала прямо к входной двери и сразу же постучала, улыбаясь от уха до уха, сияя от того, что получила шанс сделать чей-то день лучше. Владелец наверное так волновался!
Но... он не казался обеспокоенным, когда открывал дверь. Только очень смущенным. Взглянул на ключ и сказал, что это не его... А потом поблагодарил меня и прогнал прочь, прежде чем я даже успела сказать ему, что это точно-точно от его машины! Он же сработал!
Сосед захлопнул дверь у меня перед носом. Не быстро и не громко, но все же. Грубовато, вот, что я скажу. Я собиралась просто оставить ключ на коврике у его входной двери… Но, должна признать, он как будто верил в то, что говорил… Разве человек не узнает свой собственный ключ? Ну разве нет?
Я не знала, что делать. Вернулась на улицу. Направила ключ на ту же машину и попробовала еще раз.
Сработало. Машина мигнула фарами, раздался тот самый звук, и распахнулась вторая дверь.
...Хм…
Я попробовала на следующей машине.
И, что бы вы знали, на ней тоже сработало.
И на следующей машине.
И на следующей.
Вы же понимаете, как росло мое любопытство? Я пробовала ключ на всяких-разных предметах, на всем подряд, и это работало! Со всеми до единого. Дверца микроволновой печи открылась с тихим щелчком. Моя копилка с электронным замком открылась. И даже замок на моем ежедневнике! И я знаю, что это может быть немного неприлично, но, в конце концов, я не отнесла ключ на почту. Оставила его себе. Уверена, что в конце концов настоящий владелец найдется и я верну ему ключ. Определенно.
...Извините, я немного отвлеклась. Просто хотела, чтобы вы знали, как я нашла ключ.
Я еще кое-что собиралась рассказать…
М–м-м…
О, точно! Машина в лесу!
Она стоит там много-много лет. Наверняка появилась, еще до того, как мы переехали сюда.
У нас такой большой сад, и прямо за ним тянется участок леса, тянется очень далеко и очень глубоко.
Сначала родители не разрешали мне играть там. Но в лесу нет ни опасных животных, ничего такого. Соседи все дружелюбные. Здесь нет внезапных обрывов, с которых можно свалиться, или быстрых рек, только такой же пригородный район на другой стороне леса, так что со временем родители смягчились.
...Но есть одна вещь.
И это Машина.
Я нашла ее, это я ее нашла… но брат утверждает, что он увидел ее первым.
...Он врет.
Он всегда врет.
И... честно говоря, он меня немного пугает. Поэтому я стараюсь не спорить.
Машина стоит примерно в пятнадцати минутах ходьбы вглубь леса.
Время от времени она гудит и трясется. Если прижать ухо к ржавому металлу, можно услышать странные лязги и жужжание глубоко внутри. На самом деле она не похожа ни на одно известное мне устройство, поэтому ее трудно описать. Я даже не знаю, почему я называю это "машина"... Не представляю, что это вообще такое.
Брат утверждает, что знает, но он просто снова врет. Иначе сказал бы мне. Он любит хвастаться.
Машина – это просто здоровенный куб, больше даже меня, собранный из целой груды ржавого металла. Некоторые запчасти я узнаю, некоторые – нет. Одни все еще немного блестят, но большинство выглядят потрепанными временем. Из нее торчат трубы, всюду решетки, а посередине находится железный круг диаметром около фута, слегка вдавленный в металл.
Она покрыта мхом, а металл с обратной стороны искорежен и смят деревом, выросшим рядом. Машина СТАРАЯ. И вот это мы знаем о ней наверняка.
...Я и не думала о том, чтобы открыть машину в лесу, до вчерашнего вечера.
Просто даже не связывала эти две вещи. А когда я поняла, что и правда нашла способ открыть ее, не смогла удержаться от визга. Тайна, наконец, могла быть разгадана… Всю ночь мне снились странные и чудесные вещи, которые обязательно скрываются внутри.
***
И вот этим утром сижу я себе за кухонным столом, болтаю ногами и напеваю под нос. Но мыслями я не здесь, о, я составляю план. Беру апельсин из вазы с фруктами, ставлю его перед собой, направляю ключ и нажимаю кнопку "открыть".
И с изумлением наблюдаю, как кожура отслаивается сама по себе, а дольки разделяются, брызгая фонтанчиками сока.
– Вау! – Я тут же хватаю хватаю кусочек и отправляю в рот.
– Это что еще за ХРЕНЬ?!
В панике оборачиваюсь.
Брат стоит в дверях, потрясенно уставившись на ключ.
О нет. О нет, нет, нет. Он его заберет. Он его заберет!
– Это... да это ерунда! – Поспешно пытаюсь сунуть ключ в карман толстовки, но он делает шаг вперед и протягивает руку.
– Давай, Луиза! Дай мне посмотреть!
Я колеблюсь. Не хочу отдавать ему ключ… но на лице брата вспыхивает гнев, и он повышает голос;
– ЛУИЗА! Дай мне посмотреть, сейчас же!
И вот, неохотно, я лезу в карман, достаю ключ и протягиваю ему. Он выхватывает брелок у меня из рук и рассматривает вблизи.
– Что за фиговина?
– Это мое, я его нашла… Он открывает всякое. Наверное можно попробовать на микроволновке, если хочешь…
И он хочет. Вытягивает руку и нажимает “открыть”.
Микроволновка открывается.
Что-то щелкает, и дверца распахивается.
– Ого! – восхищенно выдыхает брат. Он пробует ключ на целой куче устройств, и тот срабатывает каждый раз. Мне остается только наблюдать с растущим волнением и тревогой.
Он внезапно останавливается и резко разворачивается ко мне, заставляя подпрыгнуть от неожиданности.
– Йоу. Знаешь, что мы могли бы с ним сделать?
“Мы”?
– ...Что? – осторожно спрашиваю я.
– Открыть машину. Ту, что в лесу.
Я в отчаянии сжимаю кулаки.
Это была моя идея!
– Вообще-то я и так собиралась сделать это сегодня, Джексон...
Он снова смотрит на меня и хмурится.
– Ты собиралась открыть ее… без меня?
В горле пересыхает. Я начинаю, заикаясь, бормотать оправдания, но он просто качает головой.
– Эгоистичная маленькая девчонка. Надо бы думать не только о себе, но и о других.
Я краснею, но не отвечаю.
– Тогда давай, – продолжает он, – пошли уже!
– Можешь… – неловко переминаюсь с ноги на ногу. – Можешь вернуть мне ключ, пожалуйста…
Он демонстративно почесывает подбородок. Переводит взгляд с меня на ключ.
– Хммм… Ну я даже не знаю…
– Джексон, ну пожалуйста, пожалуйста, верни его…
Он как будто собирается вложить ключ мне в руку, но в последнюю секунду останавливается и сжимает его в кулаке.
— Сначала я кое-что возьму.
И брат бежит через весь дом, а я плетусь следом, прямо в подвал. Джексон, наконец, останавливается перед папиным оружейным шкафом.
– Джексон… Я не думаю, что это хорошая идея, не надо...
Он толкает меня с хмурым видом, я чуть не падаю.
– Не указывай мне, что делать, Луиза. Так надо. В машине может быть что-то опасное. Мне нужно это сделать.
С колотящимся сердцем, я наблюдаю, как Джексон направляет ключ на шкаф. Нажимает “открыть”.
И шкаф открывается. Навесной замок тут же отваливается и падает на землю с лязгом и глухим стуком. Остальные механизмы, удерживающие сейф запертым, жужжат и щелкают… дверцы открываются.
– О да… – бормочет Джексон себе под нос.
Широко раскрытыми глазами я смотрю на целую кучу оружия внутри. Осторожно дергаю его за рукав и пытаюсь увести, но брат отталкивает меня и проводит пальцами по оружию.
Не знаю, как оно называется, но, в общем, он хочет взять большое ружье. Правда потом передумывает и берет пистолет. Засовывает его в карман куртки. Закрывает шкаф… а затем, к моему удивлению, на самом деле бросает мне ключ.
Полагаю, теперь у него появилась новая игрушка.
Я неуклюже ловлю ключ и сразу же прячу в карман.
– Ну вот. Теперь пошли.
***
Сосновые иголки хрустят у нас под ногами.
Атмосфера напряженная.
...Ну, это для меня. Не уверена, что Джексона волнуют такие штуки, как “атмосфера”.
Мне и так не особо нравится проводить с ним время, но сейчас все куда хуже. Не могу не смотреть на пистолет… Сначала он оттопыривал карман куртки, но теперь Джексон вытащил оружие и перебрасывает из одной руки в другую. Целится в ветки и упавшие бревна. Снимает с предохранителя и ставит обратно….
Я наблюдаю, а он вдруг замечает.
– Что с тобой, Луиза?
От внезапного вопроса сердце начинает чаще биться.
– Ничего, - бормочу я.
– Врунья. Вот только не говори, что ты БОИШЬСЯ? Ты правда боишься ствола?!
Он поднимает пистолет. Он направляет его прямо мне в голову.
– Джексон! Не надо!
Лицо брата в миг становится серьезным. Он останавливается. Я тоже.
Он закрывает глаз и прицеливается.
– Джексон...
Сердце выпрыгивает из груди.
…
Тишина.
А потом он опускает пистолет. И смеется.
– Черт возьми, Луиза, я просто шучу. Очевидно же, что я не стал бы в тебя стрелять! Не будь таким ребенком!
Он снова смеется, но я – нет. Джексон поворачивается, и продолжает путь, и через мгновение я вытираю пот с ладоней и следую чуть позади. Во рту пересохло.
– Интересно, что внутри машины…
Я не уверена, обращается ли он ко мне или просто думает вслух, поэтому не отвечаю.
– Не могу поверить, что мы, наконец, узнаем это, спустя столько-то времени… – Он задумчиво трет щеку пистолетом. – Может это какое-то старое оружие? Или… или, может быть, куча крутых роботизированных штучек? А может вообще ядерный реактор?
– Зачем в лесу ставить ядерный реактор?
Он бросает на меня злобный взгляд.
– Мне-то откуда знать, Луиза? Ты как думаешь, что внутри?
Я пожимаю плечами, глядя себе под ноги.
– Может клад?
Он снова жестоко смеется и качает головой.
– “Клад”?! Ты издеваешься надо мной? Повзрослей уже, блядь.
Его слова ранят, но я стараюсь больше не выказывать слабости. Поэтому не отвечаю.
Прошло пятнадцать минут. Машина уже в поле зрения. Коробка размером с меня, если не больше. Позеленевшая от времени и обвитая ржавыми трубами. Чем ближе мы подходим, тем лучше слышны знакомые лязг и скрип.
Джексон в волнении переминается с ноги на ногу, затем встает в стойку и поднимает пистолет, целясь в переднюю часть машины.
– Давай. Время раскрыть секреты. Вскрывай этого ублюдка.
Я больше не уверена, что хочу этого. Не так. Не с Джексоном и пистолетом. Но он пугает меня. Всегда пугал. Поэтому я достаю ключ из кармана. Поднимаю его. Направляю на машину.
И нажимаю “открыть”.
Сначала ничего не происходит.
Мы стоим в напряженной тишине. Не слышим ни птиц, ни нежного шелеста ветерка в сосновых ветвях. Даже лязг машины, кажется, стихает.
А потом все возвращается в десятикратном размере. Громко, очень громко. Блеклые лучи оранжевого света пробиваются сквозь решетки и трещины в ржавом металле. Круглая панель спереди начинает медленно вращаться и со скрежетом старой цепи откатывается назад, открывая сложную сеть зубцов и шестеренок, кружащихся в грубом тандеме. Все они по очереди вздымаются вместе с окружающим металлом, с лязгом сдвигаясь в сторону по мере того, как передняя часть машины постепенно “открывается”.
– Черт… – бормочет Джексон, но я могу только смотреть, как раскрываются внутренние механизмы машины.
Вращаются и скрежещут темные крупные шестерни, тихо, но быстро, выпуская на свет мириады серебряных шестеренок поменьше. И вот они текут, как вода, из сети механизмов, соединяясь друг с другом на ходу, образуя единую полуаморфную форму…
И прежде чем последние серебристые шестеренки из центра раскрытой машины успевают упасть на траву, я вижу, во что они превратились.
Они приняли форму птицы.
Живой серебристой птицы.
И она взлетает. Взмывает в воздух, хлопая крыльями и сверкая, а потом взмывает ввысь, быстро рассекая воздух серебристыми крыльями.
– Вау! – Я смотрю на это чудо широко раскрытыми глазами и улыбаясь. Смотрю, как птица блестит в лучах солнца, пробивающихся сквозь облака и верхушки деревьев. – Это прекрасно!
– Гребанное безумие… – шепчет Джексон.
– Кажется еще не все! – Я указываю пальцем на машину, не в силах удержаться. Пусть Джексон смеется!
Однако он не смеется. Только наблюдает, как очередная порция маленьких серебряных винтиков и шестеренок высыпается из их более крупных, серых и ржавых контейнеров.
Как и в первом случае, они переплетаются и соединяются, вращаясь и мерцая, и, прежде чем успевают коснуться земли, собираются в маленькую механическую птичку.
И, как и первая, она взлетает вверх и улетает прочь.
Машина еще не закончила.
Две, три, пять, десять, дюжина птичек…
...Все порхают, хлопают крыльями и улетают прочь.
Я еще не видела ничего подобного в своей жизни.
Машина лязгает.
На этот раз рассыпается большая группа шестеренок. Поначалу масса бесформенная, как и раньше, но эти падают в траву и грязь, отскакивают от земли и собираются вместе, в новую форму.
Закрываю рот руками, вся во власти удивления.
– Это лиса… Серебристая лиса....
И конечно же, это так и есть. Сияющая механическая лиса. Она делает неуверенный шаг к нам, вытягивая шею. Я вижу сотни и сотни вращающихся маленьких шестерней. Лиса делает еще один шаг.
И раздается громкий ужасный хлопок.
С криком закрываю уши руками. Высокая звенящая нота трепещет на барабанных перепонках. Я в смятении наблюдаю, как голова лисы взрывается серебряным дождем. Она спотыкается и, шатаясь, падает на землю, тут же распадаясь на кучу металла.
Поворачиваюсь к Джексону. Его лицо искажено, из ствола пистолета, направленного прямо в голову лисы, валит пар. Его руки дрожат еще мгновение, а потом гримаса превращается в улыбку. Он смеется. Он смеется!
– Фууууух! Ты ВИДЕЛА это, Луиза? Потрясающая вещь!
– Зачем ты это сделал, Джексон!? Как ты МОГ!?
Ухмылка сползает с его лица, брови сходятся на переносице. Он небрежно машет на меня пистолетом.
– Не смей так со мной разговаривать, тупая сука! Эта штука перла прямо на нас!
– Нет! Не правда! Ты ЛЖЕЦ! Это всего лишь лиса! – кричу я со слезами на глазах.
Он делает шаг вперед и толкает меня на землю.
– Не СМЕЙ называть меня лжецом! Пошла ты!
Машина кашляет и жужжит. Из центра начинает вытекать еще одна группа шестеренок, похожая на сияющий серебряный водопад. Форма напоминаете кролика… . Существо рождается, и прыгает вперед, нюхая воздух. А потом готово уже броситься прочь, но еще один хлопок разрывает лесной воздух. Голова кролика разлетается на куски.
– НЕТ! ДЖЕКСОН, ОСТАНОВИСЬ!
С внезапным приливом храбрости, я вскакиваю на ноги и толкаю его. Этого я никогда еще не делала. Но в этой машине что-то есть, я это чувствую. Что-то особенное. Что-то волшебное. Что-то, чего Джексон никогда, ни за что сможет понять.
Из шестеренок формируется еще одно существо. Барсук, я думаю. Джексон поднимает пистолет.
И я выбиваю его у него из рук.
Он недоверчиво смотрит на меня и сильно бьет по лицу. Падаю на землю, по щекам льются горячие беззвучные слезы. Он подбегает к пистолету, поднимает и направляет его прямо на меня.
– Тронь меня еще раз, сука, и я застрелю тебя. Я, блядь, ЗАСТРЕЛЮ ТЕБЯ, ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ? Мне все равно, что скажут мама и папа. Я скажу им, что ты сама залезла в шкаф. Я скажу им, что это был несчастный случай. И семье всем будет лучше БЕЗ ТЕБЯ! Так что просто будь ХОРОШЕЙ ДЕВОЧКОЙ И СТОЙ НА ЕБАННОМ МЕСТЕ!!
Барсук делает шаг к нам. С любопытством переводит взгляд с меня на Джексона. В нем такая нежность… я это вижу. Это чудо. Истинное чудо. А Джексону плевать. Всегда было и всегда будет.
Я неуклюже поднимаюсь на ноги.
Он ухмыляется. Поднимает пистолет, целясь в голову барсука.
Ветер шумит в ветвях.
Моя левая рука сама сжимается в кулак, а правая… а правую я поднимаю.
В ней ключ.
Холодный, импульсивный вызов написан на моем лице. Трясущимися пальцами я направляю ключ прямо на него. Я направляю ключ прямо на Джексона.
Он бросает взгляд в мою сторону.
– Какого хрена ты делаешь, Луиза?
Затем он видит ключ.
Бледнеет, пораженный внезапным и ужасным осознанием.
Вопит.
И двигается. Он пытается направить пистолет на меня, но слишком поздно.
Я нажимаю “открыть”.
~
Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)
Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
Жизнь заставила меня поменять очень старый компьютер на очень новый. На основании этого переезда я написал краткую пошаговую инструкцию процесса экспорта-импорта операционной системы Windows. Предлагаю эту инструкцию вашему вниманию и надеюсь, что она будет для вас полезной.
Краткое содержание. Создание установочного носителя на старом компьютере с помощью утилиты "Media Creation Tool". Установка Windows на новом компьютере с помощью созданного дистрибутива на установочном носителе. Проверка, в каком состоянии у нас находится установленная Windows. Процесс активации Windows при необходимости.
Сегодня часть 1 "Экспорт".
*** Создание установочного носителя на старом компьютере с помощью утилиты "Media Creation Tool". ***
Первым этапом нашей работы является создание на старом компьютере установочного носителя с операционной системой Windows 10.
Утилита, которая создает этот самый установочный носитель, разработана компанией Microsoft и называется "Media Creation Tool". Представляет собой эта утилита исполняемый файл с названием типа MediaCreationTool22H2.exe или с названием похожим на это.
Скачать утилиту "Media Creation Tool" можно бесплатно с официального сайта Microsoft по данным урлам:
https://www.microsoft.com/ru-ru/software-download/windows10 - информация о том, какой софт Microsoft можно загрузить с описанием и документацией.
https://go.microsoft.com/fwlink/?LinkId=691209 - прямая ссылка для скачивания "Media Creation Tool".
Запасной вариант для получения нужной утилиты - задать в поисковике строку Media Creation Tool. Этот способ пригодится в том случае, если компания Microsoft поменяет свои урлы для утилиты "Media Creation Tool". Такое вполне может случится.
Что может помешать получить нужную утилиту.
Компания Microsoft то закрывает доступ к этой утилите резидентам России, то снова открывает. Четкой закономерности в ее политике нет. В настоящее время (по состоянию на 24.02.2024) доступ открыт.
Важно провести процесс до того, как сломается старый компьютер. Иначе возникают проблемы для проведения процесса, особенно в том случае, если пришел в негодность носитель информации с операционной системой (HDD, SSD).
Обратите внимание на следующее.
Утилита "Media Creation Tool" НЕ является средством для резервного копирования! Это инструмент для создания специализированного, персонального, заточенного под вас дистрибутива операционной системы. В этом дистрибутиве НЕ будет ваших файлов, созданных прикладным софтом (текстов, фото, видео).
В этом дистрибутиве должна быть зафиксирована ваша лицензия для Windows. Но эта лицензия может сработать на новом компьютере, а может и не сработать. Это на усмотрение компании Microsoft. Тут уж как повезет. Если повезет, то при установке на новый компьютер со созданного дистрибутива Windows будет лицензированной. Если не повезет, придется решать эту проблему.
После скачивания утилиты "Media Creation Tool", запускаем ее на исполнение.
USB-устройство флэш-памяти. В этом случае мы сразу производим запись на внешний носитель. Это может быть флешка, DVD диск и т.п.
ISO-файл. Сначала создается ISO-файл на нашем основном внутреннем носители информации (HDD, SSD и т.п.). Затем уже с помощью специального софта делаем запись на внешний носитель.
Процесс формирования записи на внешний носитель завершен.
Список папок и файлов на внешнем носителе.
Интересное наблюдение: утилита "Media Creation Tool" в ходе процесса сожрала зачем-то примерно 90 ГБ пространства.
Я осторожно рекомендую использовать именно флэшку HIKSEMI, упомянутую выше. Вообще, современные флешки характеризуются большим процентом брака. В этом смысле флешка HIKSEMI 128GB отличается в лучшую сторону. Я покупал в разные времена несколько штук, все они оказались без брака, отработали без сбоев и для бакапов, и для создания загрузочного носителя.
После создания загрузочного носителя, я советую больше на эту флешку ничего не записывать. Возможно, у вас возникнет вопрос, не слишком ли расточительно использовать флешку 128GB, когда требуется не более 8GB. Тут важнее фактор надежности. Но, давайте, кратко пробежимся по ценам.
В 2023 году я покупал флешки HIKSEMI 128GB по цене примерно 250 рублей за штуку. В 2024 году купил намного дороже, примерно за 500 рублей за штуку. В основном руководствовался предыдущим положительным опытом. Возможно, есть смысл попробовать для этих целей варианты флешек HIKSEMI 64GB, 32GB, 16GB. Но есть ли они вообще в розничной продаже, стоят ли они дешевле проверенного 128GB, да и работают ли они также надежно? Надо проверять. А вот версия 128GB уже проверена.
Вместо флешки можно использовать диск DVD, тут есть следующие моменты, на которые надо обратить внимание.
Есть ли у вас вообще под рукой устройство для чтения дисков DVD? У меня такое устройство есть. Оно прекрасно подключилось через порты USB и на старом, и на новом компьютере. Весь процесс создания дистрибутива Windows и последующей установки на новом компьютере прошел успешно. Но вот если в 2022 году дистрибутив Windows успешно записался на диск DVD 4GB, то в 2024 году потребовался диск 8GB. Надо иметь это ввиду.
Вообще, все эти DVD диски стали экзотикой, но в продаже до сих пор есть, стоят примерно 80 рублей за штуку (Диск DVD-R двухсторонний 9.4GB 8x в конверте, 10 штук / Болванка DVD-R DS Double Sided 9,4GB 8x). Наверное, большого смысла нет заморачивается с этими дисками, надо пользоваться флешками.
Так или иначе, дистрибутивный носитель подготовлен, теперь можно переходить к установке Windows на новом компьютере.
...
Первоисточник:
#############
### Конец ###
#############
Привет, дорогие подписчики. Ну и те, кто ещё не подписался - здравствуйте! Для тех, кто здесь впервые - меня зовут Илья, я занимаюсь строительством каркасных домов, техническим обследованием загородной недвижимости и строительным контролем.
Вчера был на одном объекте и увиденное напомнило мне историю многолетней давности. Один знакомый попросил меня заняться стройконтролем для его друга, которому строили каркасник в Тверской области. Обычно такие объекты на стройконтроль я не беру - далеко ехать из Подмосковья, но в этот раз очень попросили и скрепя сердце я взял объект в 3,5 часах езды от моего дома. Как выяснилось - не напрасно. Приехал принимать обвязку, когда бригада уже начала возводить каркас. И вот что я увидел:
Сказочный лес из стоек каркаса, который крепился к нижней обвязке гвоздями, вбиваемыми под 90 градусов. На вопрос - что, собственно, за шапито здесь происходит? Бригадир ответил, что они всегда так делают. Пришлось их началам плотницкого дела обучать, хотя у меня и нет лицензии на образовательную деятельность.
Зачитывать СП 70.13330.2012 "Несущие и ограждающие конструкции", где чётко прописаны правила монтажа деревянных несущих конструкций, которыми являются внешние стены каркаса:
8.1.4 Несущие деревянные конструкции зданий надлежит монтировать в максимально укрупненном виде: в виде ферм, полурам и полуарок, арок, секций или блоков, с учетом их особенностей и видов.
Тогда бригадир сообщил, что рама стены слишком длинная, она будет тяжёлая и они её не поднимут. Я предложил посмотреть КР (конструктивное решение, сборочную схему) и определить точки в которых можно будет разделить стену на несколько подъёмных секций и тогда...
- А у нас нет КР - ответил бригадир.
- И как вы строите? - спросил я.
- Да мы хорошо этот проект знаем. По АР строим.
- Оно и видно.
Фреймы (рамы) стен собираются на платформе основания в горизонтальном положении. Таким образом можно пробить нижнюю обвязку гвоздями, закрепив стойки ровно под 90 градусов. Сборка методом волшебного леса приведёт к многочисленным погрешностям и расхождениям положения стоек на верхней и нижней обвязке.
Да, технически возможно собрать каркас из стоек, устанавливая их вертикально. Но это как минимум, не технологично. Бригада потратит гораздо больше времени на то, чтобы выставить каждую стойку сначала при креплении к нижней обвязке, затем при креплении к верхней обвязке. Врезать укосины в вертикальную конструкцию также значительно сложнее, чем в горизонтальную.
Технология отработана столетиями, но на нашем рынке до сих пор находятся люди, которые придумывают что-то своё, даже не потрудившись посмотреть часовой фильм Ларри Хона или 15-минутный ролик любой современной строительной компании. Всегда так строим.
Бонус со стройплощадки. В предыдущем посте Каркасная технология от Агрокульта. На примере свежепостроенного дома я рассказывал, как мы строим дома и некоторые сочли цену 3,2 млн. рублей за дома 58 м2 - высокой.
Покажу, как мы строим перекрытия.
Вот так выглядит обвязка фундамента с черновыми полами:
Затем по нему раскатывается противомышиная сетка, поверх которой раскатывается гидроветрозащитная мембрана. Процессы занимают у бригады полчаса. Результат - полностью ровная и защищённая платформа, готовая к сборке перекрытия:
Вариант исполнения строителя-курильщика:
И вот, я задаю вопрос прорабу: "Как ты планируешь сделать гидроизоляцию и черновые полы, когда ты уже собрал перекрытие на обвязке?" А он и говорит мне человеческим голосом: "Залезет снизу плотник и всё прикрутит!"
Сейчас покажу, как это обычно выглядит:
Волны - это и есть черновые полы из дюймовки с шагом 400 мм. А чтобы они не совсем провисали, их подпёрли половой доской с шагом в метр. Короче, из того, что было.
Какой результат? Утеплитель в провисе, гидроветра висит, как простыня пьяного попутчика в плацкарте. Противомышиные сетки волнами, как они прилегают к краям обвязки - непонятно. А главное, что сделать всю эту порнографию гораздо сложнее, чем выполнить перекрытие технологично. Без черновых полов приходится скакать по лагам пола, кто-то обязательно провалится, порвёт противомышиные сетки, ушибётся, переломается. Но если ты не владеешь технологией - все процессы кажутся сложными.
Давайте посмотрим, как выглядит перекрытие у нас.
Черновые полы опираются на черепные бруски, в U-кронштейны установленны временные балки, которые создают необходимую для удержания человека жёсткость. После окончания строительства их можно демонтировать, но мы их оставляем как дополнительную опору. На таких полах утеплитель не провиснет, не отойдёт от краёв лаг, не просядет и не упадёт вниз. Противомышиные сетки и гидроветрозащита на таких полах также не прогнутся, не порвутся и будут лежать ровными полотнами, предохраняя дом снизу.
Вывод очень простой. Если цена строительства ниже средней по рынку - вам чего-то не доложили. Либо материалов, либо специалистов, либо технологий. Подумайте над этим, а я буду звонить проектировщику объекта, где плотники возводят лес из стоек.
Как обычно, на любые вопросы, которые не требуют больших временных затрат, расчётов или выезда на объект я отвечаю бесплатно в каментах или лично - мои контакты в профиле Пикабу. Кто не видит профиль или кому удобнее обратиться сразу напрямую - пишите в телеграм: karkasovo (это не канал, а мой контакт).
Аудит проекта, проверка договора на строительство, анализ сметы, выездное и удалённое обследование дома на соответствие строительным нормам, приёмка дома, консультации по реконструкции, строительный контроль - это моя работа и я делаю её за деньги.
Звон будильника показался Егору звоном разбивающегося стекла. Он едва разлепил веки и наощупь выключил звук, руками надавил на глаза и с тихим стоном сел на кровати. Ещё минута ему понадобилась, чтобы заставить себя встать и медленно, пошатываясь, пойти в ванную. Голову будто сдавило тисками. Полчаса спустя, быстро сходив в душ и наскоро позавтракав, он вышел из дома. Прогноз обещал, что на улице будет около нуля, но отвратительный ветер, казалось, продувал насквозь саму душу. Егор плотнее запахнул воротник осенней куртки и пошёл к метро. По пути он зашёл в кофейню, надеясь, что хоть кофе его согреет, а когда вышел, Хутха уже куда-то улетел.
— Куда он опять свинтил? — зло пробормотал Егор, и продолжил путь.
Кофе ни капли не помог. Всё так же слипались веки, всё так же едва волочились ноги, всё так же мучил пронизывающий ветер.
Скучающий на входе в парк колдун задал Егору несколько вопросов и пропустил внутрь. Парк казался на удивление спокойным, будто затаился. Егор доложил Антону, что вышел на патрулирование, получил свой маршрут и отправился бродить по парку. В голову, соревнуясь друг с другом, настырно лезли мысли о вчерашнем происшествии и о битве с сытыгахом. Поначалу Егор отгонял их как мог, но вскоре сдался и погрузился в размышления.
«Кто же такой Хутха?». Ещё вчера Егор задался этим вопросом, но подумать над ним у него не оказалось ни времени ни сил. Зато сегодня времени хоть отбавляй. Он попытался вызвать в памяти день, когда встретился с Хутхой впервые.
Был конец июня. Полтора месяца тому назад Егору исполнилось восемнадцать. Уже неделю стояла жара. Ни единое облачно не смело покушаться на безграничную лазурь неба. Егор только-только отстрадался с ЕГЭ и с утра сбежал на озеро. Как сейчас он помнил этот вид: и сверху, и снизу небо, а между ними тонкая неровная полоска гор. Домой он в тот день вернулся, когда горизонт стал алеть. Уставший, голоднющий, но счастливый. Баб Нюра поймала его у входа в дом, и сразу повела к обрядовому кругу. Ничего особенного он из себя не представлял: несколько установленных кругом камней и бетонных обломков с неприметными символами. Обычный человек и внимания не придал бы.
Баба Нюра велела Егору встать в середину, а сама обошла кругом и выложила реликвии: кусочек хрусталя, старую ониксовую брошь, маленькую косточку — бабушка всегда говорила, что это крестцовая кость лисы — полую загнутую костяную иглу — клык гадюки. После она подошла к Егору и, со словами: «Отпрыск сей ныне наследует роду», — вложила ему в руку старый, череп ворона. «Приди на родную кровь», — тихо добавила она и маленьким ножиком порезала Егору ладонь. Сделав это, она тут же выскочила из круга, как из огня, и шепнула:
— Капни кровь на череп.
Егор сделал как велела бабушка. Кровь окрасила кость в красный, потекла к клюву и в глазницы, оставляя алые разводы, а затем, неожиданно, без остатка впиталась в кость.
— Приняли, — облегчённо выдохнула баба Нюра.
Егор стал озирался, ожидая, что вот-вот поднимется ураганный ветер, разверзнутся небеса, но ничего такого не происходило. Шли минуты, баба Нюра всё больше нервничала.
— Кажется, ничего не произойдёт, — пожал плечами Егор и собрался пойти прочь, но бабушка страшно на него зашипела:
— Не смей! Жди!
Егор послушался и остался на месте. Прошло ещё несколько секунд, когда из черепа медленно и лениво, как мёд, полилась тьма. Она расползалась по земле вокруг. Череп взмыл, покрылся чёрным и ниспадающая из него тьма расползлась в воздухе, образуя плащ, который всё рос и рос, закрывая от Егора весь мир. Он успел увидеть, как баба Нюра рухнула на колени прежде, чем тьма закрыла от Егора и её.
Егор почувствовал, будто все чувства притупились. Тьма обволакивала мягкой шалью, уютным покрывалом, принуждала довериться ей. А потом во тьме появился силуэт. Мужчина с вороньей головой и руками, покрытыми перьями, внимательно смотрел на Егора жёлтыми глазами. Бесконечно долго существо изучало Егора, а затем раскрыло клюв и прокаркало единственное слово:
— Он.
После этого клубящаяся вокруг тьма вцепилась в Егора, и дальше он уже ничего не помнил. Баба Нора говорила, что когда мгла рассеялась, Егор лежал в обрядовом круге без чувств, а рядом сидел Хутха, тогда ещё в облике ворона.
Егор вынырнул из воспоминания, осмотрелся, но не заметил ничего необычного. Тогда мыслями он вернулся ко второму беспокоящему его вопросу: что же случилось в бою с сытыгахом? Егор знал, что воспоминание существует, но добраться до него никак не получалось. Стоило лишь попытаться его вызвать, как Егору становилось плохо, по хребту выступал холодный пот, а зрение и слуг подводили. Раньше Егор всегда отступался, но в этот раз твёрдо решил докопаться до этих воспоминаний.
Он начал издалека: вспомнил, как они с Хутхой осматривали жертв сытыгаха, затем то, как сытыгах напал на Егора. День охоты. Егор вышел из метро и нашёл последнюю жертву. Взял след. Тупиковый проулок, и сам враг. Егор помнит, как его едва не проткнули сотканные их мрака лезвия, а дальше провал. А в провале холодный, липкий бесформенный ужас. Егор попытался коснуться этого воспоминания, и его замутило, зрение заволокло серой пеленой. Чтобы не упасть, он остановился и, жадно хватая ртом воздух, опёрся на растущую у дороги липу. Собравшись с силами, он вновь подступился к злосчастному воспоминанию и окунулся в него с разбега. Дыхание перехватило, голову сдавило тисками, а сразу следом на Егора навалился всепоглощающий ужас. Он не понимал, кто он, не понимал, где он. Мир сжался до бесконечного ничто, и сам он был частью этого ничто: никем и ничем. Это не было похоже на смерть, но казалось чем-то худшим.
— … очнись! Егор! Егор, очнись!
Мир ходил ходуном. Егор чувствовал тело. Он вспомнил своё имя. Перед ним стоял мужчина, и тряс его, крепко ухватив за плечи. Тут Егор понял, что он вопит во всё горло. Медленно, будто кто-то неторопливо убавлял громкость, Егор прекратил. Закрыл рот. Постепенно он узнал человека, перед собой — Антон Горецкий. Он отпустил плечи Егора и спросил:
— Что стряслось?
— Плохое. Воспоминание, — ответил Егор, помедлив. Слова выходили с трудом.
— Это из-за воспоминания? — опешил Антон, — Я на твои вопли от самой палатки прибежал! А где, кстати, твоя птица?
— И сам хотел бы знать, — пробормотал Егор.
—Ладно, идём. Обедать давно пора, часа три как.
Только сейчас Егор заметил, что уже смеркается. Принуждая себя двигаться, он побрёл следом.
В палатке на Егора, подрагивающего от холода и усталости, навалилось тепло. Он рухнул на стул, и, облокотившись о собственные колени, несколько минут совершенно не двигался. Вчерашняя усталость наложилась на сегодняшнюю и теперь Егору казалось, что он стал тряпичным, абсолютно бессильным. Казалось, кто-то скребком вычистил его голову от мыслей.
Из транса его вывел голос Антона. Он предлагал Егору термокружку, над которой клубился пар.
— Спасибо, — пробормотал Егор, заставив себя протянуть руку и взять кружку.
Напиток пах терпко. Трудно было предположить, какие травы использовал Антон. Егор осторожно отпил. Вкус под стать запаху: терпкий, с горчинкой, чуть сладковатый. С глотком по телу, начиная с груди, расплескалось тепло.
— Что это? — спросил Егор.
— Зелье, — с ухмылкой ответил Антон, — ты пей, пей. Поможет силы восстановить.
Егор послушно сделал ещё глоток.
— А грач этот кто вообще? — спросил Антон, тыкая пальцем в экран смартфона.
— Дух. Какой-то мой дальний предок.
— Ты, получается, подчинил дух предка? — присвистнул Антон.
— Подчинил, как же…
— Ты ему подчиняешься что-ли?
— Это сложно объяснить, — медленно сказал Егор. — Наши души связано. Что-то вроде симбиоза, наверно…
Снаружи послышалось хлопанье крыльев. Порыв ветра распахнул полог палатки, и влетел Хутха. Он сел не плечо Егору и, уловив запах из кружки, сказал одобрительно:
— Хорошее снадобье, — и тут же спросил: — Что с тобой стряслось?
— Ничего, — ответил Егор, — просто устал.
— Ты это, иди, наверно, домой. Отдохни. Мне не надо, чтобы ты завтра такой же измученный был.
— Со мной всё в порядке, — сказал Егор, поднимаясь. Снадобье на самом деле прибавляло сил.
— На одном отваре долго не продержишься. Если не дашь себе отдых, потом только хуже будет. Всё, иди домой. Будешь упираться, могу и приказать.
— Ладно, ладно, убедил, — улыбнулся Егор и пошёл к выходу из палатки. — Спасибо, — добавил он.
— Ага, — ответил Антон, — давай до завтра.
Перед сном Егор хотел вплести ещё нить в клинок души, но Хутха его остановил.
— Антон был прав, — сказал он, — тебе лучше отдохнуть. Если будешь напрягаться, снадобье во вред пойдёт, — когда Хутха убедился, что Егор внял его совету, он добавил: — расскажи, что с тобой сегодня стряслось.
— Пытался избавиться от яда, который ты мне оставил, — ответил Егор горько, — не получилось, правда.
Он выключил свет и лёг спать, демонстрируя, что не собирается продолжать этот разговор.
Когда Егор вышел из палатки, уже стемнело, а Хутха дожидался его снаружи. Дел больше не было, и они отправились домой. По пути к метро Хутха внезапно отлетел в сторону и сел на вывеску с надписью «На другой стороне» и припиской рядом «Ресторан» и каркнул:
— Подойди.
Нехотя Егор подошёл.
— Нам надо сюда зайти, — сказал грач.
Егору почему-то совсем не хотелось внутрь.
— Зачем?
— Нас пригласили. И будет не вежливо отказываться.
— Нас? — удивился Егор, — мне никакого приглашения не приходило.
— Да, нас, — надавил Хутха, — заходи давай.
Егор открыл дверь и вошёл. Одновременно с ним внутрь влетел и Хутха.
Стоило Егору переступить порог, как он ощутил, словно на плечи ему положили незримую ношу.
Ресторан был оформлен в старинном стиле. Бревенчатые стены, бревенчатые же колоны с искусной резьбой, и резные косяки у дверей. По правую руку расположился гардероб, в котором работала невысокая девушка с острыми чертами лица, тонким длинным носом и заплетёнными в две косы каштановыми волосами. Егор отдал девушке куртку и пошёл вперёд, к повороту налево, который вывел Егора в большую двухэтажную залу, причём второй этаж нависал над первым только наполовину, как балкон. В самом конце зала, напротив входа, Егор разглядел бар, сработанный из причудливо изгибающейся целиковой доски. Столы все были массивные, деревянные. Вместо стульев — скамьи со спинками, вместо ножек которым служили пеньки. Не верилось, что такое заведение умещалось на первом этаже панельки.
Из ниоткуда появился молодой человек с глазами разного цвета: карим и серым, и сказал:
— Вас ожидают на втором этаже. Я провожу, — и двинулся к лестнице.
Ошарашенный Егор пошёл следом. Балясины тоже оказались с резьбой, причём каждая изображала какой-то сюжет. Егор успел разглядеть скачущего на волке юношу в богатом кафтане с высоким воротом; поющую птицу с женским лицом; жабу со стрелой во рту; Прекрасную девушку, у которой из рукава кафтана вылетают лебеди. С каждой преодолённой ступенью невидимая ноша на плечах Егора становилась тяжелее. Когда он ступил на второй этаж, ему казалось, будто кто-то водрузил ему на плечи мешок с песком.
На втором этаже, сидело нескольких посетителей. В дальнем конце, в углу, в мягком кресле, устроился крупный мужчина, лысый, с могучими усами. На столе перед ним стояла большая лохань с варениками и плошка со сметаной. С другом углу тихо переговаривались два удивительно высоких и худощавых человека. Один повернулся, взглянув на него, и Егору показалось, что-то странное, звериное, в лице этого посетителя.
— За мной, — сказал проводник зазевавшемуся Егору, и он, отвлёкшись от разглядывания посетителей, поспешил следом.
Они подошли к самому дальнему от лестницы столу у перилл. За ним идеально ровно сидел высокий, через чур худой человек. Он был одет в тщательно выглаженный дымчато-серый костюм-тройку с чёрным галстуком на ослепительно белой рубашке. К скамье рядом с ним была прислонена трость из воронёной стали с костяным набалдашником, а на столе лежала только большая книга в чёрном кожаном переплёте.
При взгляде на этого человека у Егора по хребту пробежали мурашки.
— У мальчишки неплохое чутьё, — промолвил мужчина. Голос у него оказался низкий, глубокий и завораживающий.
— Иначе я б его не выбрал, — ответил Хутха.
— Само собой, — сказал мужчина и указал рукой на скамью напротив себя, — прошу.
Егор, вздрогнул, словно приходя в себя, и сел на самый край. Хутха же удобно устроился на спинке, прямо напротив мужчины.
— Зачем звал?
— Поприветствовать, — делано улыбнулся мужчина.
— Ближе к делу, — ответил Хутха, — рассказывай, что хотел.
— Остеречь тебя хотел. Чуть больше двух месяцев тому назад кто-то перебаламутил всю округу, явившись во плоти. Ведь понимаешь, о ком толкую?
— Что значит во плоти? — спросил Егор, не удержавшись.
— Учителя своего спроси, — резко ответил мужчина, и на краткий миг Егору показалось, будто тот изменился. На Егора строго взирал древний старец. Он выглядел как мумия: иссохший, с пергаментной серой кожей. При этом его окружала аура величия. Его глаза пылали бледным пламенем, а голову его венчала тонкозубая, из призрачной кости, корона. Миг, и всё вернулось как было, но за этот миг на лбу у Егора выступил пот. Мужчина тем временем повернулся к Хутхе, и продолжил: — Мне бы очень не хотелось, чтобы это повторилось. Ты ведь меня понимаешь?
— Ты мне угрожаешь?
В ответ на это собеседник поднял в примирительном жесте руку, бледную, худую, с длинным тонкими пальцами.
— Я не ищу битвы. Лишь желаю, чтобы на моей вотчине было спокойно.
— Тогда мог бы сам успокоить сытыгаха, объявившегося в округе. Он, небось, тоже переполох поднял.
— К сожалению, не мог. Появились неотложные дела. К слову, я благодарен за то, что ты избавил меня от его присутствия.
— Тогда какие претензии?
— Никаких. Только небольшая просьба, — он навис над столом и с нажимом сказал: — не делай так больше. Мне бы не хотелось ссориться.
— Я тебя услышал.
После этих слов собеседник сдержанно улыбнулся и едва заметно кивнул, взглянув куда-то в сторону. Рядом тут же возникла девушка, точь-в-точь как та, что была в гардеробе. Только у этой в волосах были зелёные пряди.
— Что-то приготовить? — спросила она бойко.
— Мне — нет, но, вероятно, мои гости захотят что-то заказать. Не стесняйтесь, я угощаю, — закончил он, улыбнувшись Егору и Хутхе.
— Не смей, — тихо каркнул Егору Хутха, не сводя глаз с собеседника, — тебе тут есть нельзя.
— Почему? — удивился Егор.
— Разуй глаза, бестолочь!
Егор обвёл взглядом ресторан и понял, что вокруг нет ни единого человека. Официантка оказалась шишигой, с бледно-зелёной кожей, длинным острым носом и острыми когтями. Внизу, за барной стойкой стоял бес, похожий на человека, но покрытый бурой шерстью, а крупному мужчине в углу зала вареники сами в рот запрыгивали. Причём сперва они сами себя макали в сметану, а затем влетали в рот.
— Что это за место? — тихо спросил Егор.
— Лучшая корчма Москвы, — ответил их собеседник. — Хотя нынче такие места ресторанами именуют.
Судя по тону ответа, напряжение спало.
— И ты тут хозяин? — спросил Хутха.
— А кто ж ещё?
— А он смотритель? — Хутха, кивнул на беса за стойкой.
— Да. Думаю, люди именовали бы его «корчмовой» или «ресторанник», если б всё ещё общались с нами, но те времена давно минули.
— А кто ты? — тихо спросил Егор.
— Если ты до сих пор не понял, то и не заслуживаешь ответа, — резко ответил хозяин ресторана, — спроси потом у своего наставника.
— Идём, — каркнул Хутха, — нам тут делать больше нечего.
С трудом Егор встал и поплелся к лестнице. Когда он опустил ногу на первую ступеньку, их собеседник неожиданно спросил у Хутхи:
— Как твои поиски? Успехи есть?
— Откуда ты… — удивился Хутха.
— Я тоже кое-кого поспрашивал. Уже после тебя.
— Никак, — признался Хутха.
— Если что-то узнаю, дам тебе знать. Поверь, мне совсем не нравится мысль о том, что силой твоей завладеет кто-то, кого я не знаю хотя бы пару сотен лет. Да сберегут тебя боги, Старый Ворон.
— Боги мертвы, — мрачно отозвался Хутха.
— Знаю, — ответил хозяин ресторана, — но хочется верить…
— Идём, — сказал Хутха Егору, немного помедлив.
Только на улице с Егора спала невидимая ноша. Он хотел-было ещё раз взглянуть на вывеску, но она пропала. Позади была ничем не примечательная стена панельной многоэтажки.
— Кто это был? — спросил он Хутху.
— Ты на самом деле не понял?
Егор мотнул головой.
— Может когда-нибудь боги благословят тебя мозгами, — проворчал Хутха.
— Боги мертвы, ты сам сказал.
— Сказал. Но хочется верить… — пробормотал Хутха и ненадолго замолчал, но вскоре продолжил: — Сегодня ты повстречался с Кощеем. Запомни этот день как следует и надейся, что повторится это не скоро.
— А что он имел в виду, когда говорил о том, что ты явился во плоти во время боя с сытыгахом?
— Это… — Хутха стушевался
— Там что-то произошло. Что-то, чего я не знаю, — Егор попытался вспомнить, что же тогда случилось, но нашёл липкий ужас и тьму. У него закружилась голова, и он упал бы, если бы не опёрся о растущий рядом тополь.
— Расскажи, что произошло тогда, в бою с сытыгахом, — потребовал Егор.
Хутха тяжело вздохнул и ответил:
— Я вселился в твоё тело.
— Что?! Как… — Егор не мог найти слов, — Значит это ты отправил меня… туда? Я думал, что сошёл с ума!
— Иначе ты погиб бы. Ты не был готов к битве с сытыгахом. Слишком молодой, слишком неопытный, слишком…
— Слабый? — едко спросил Егор.
— …добрый, — закончил Хутха. — Сытыгах пришёл тебя убить, но ты не был готов убить его.
— И что, теперь каждый раз, когда мне будет “грозить опасность”, ты будешь захватывать моё тело?
— Нет. Это слишком тяжёлое испытание. Я не посмею больше.
— А если я снова окажусь слишком слаб?
— Ты не слаб. И никогда не был. Думаешь я избрал бы тебя, если бы ты был слаб? Если бы я считал, что ты не сумеешь вынести эту ношу? Нет, Егор, ты не слаб, но ни один птенец не умеет летать сразу как родился.
Какое-то время Хутха молчал, будто выдохся, но некоторое время спустя продолжил:
— Я сожалею о том, что сделал, но больше я никогда не займу твоё тело. Обещаю тебе.
Не отвечая, Егор пошёл к метро. Говорить с Хутхой не хотелось, на душе было скверно. Всё осточертело: противный зимний дождь, уродский лёд под лужами, невыносима давящая с неба хмарь и унылая, серая, грязная зимняя Москва. А больше всего осточертел этот грач. Странный, сварливый, раздражающий, древний и непонятный. И от этого страшный. Егор внезапно осознал, что знает о своём спутнике до ужаса мало.
У входа в метро из мрачных мыслей Егора вырвал телефонный звонок. Пётр Иванович. Ещё и ему что-то надо…
— Ты сейчас где находишься? — услышал он, приняв звонок.
— У входа в «Новогиреево».
— Сейчас пришлю машину. Хочу с вами переговорить с глазу на глаз.
— Понял, — устало ответил Егор, — мне у метро ждать?
— Да. Минут через десять за тобой подъедут, — ответил Пётр Иванович и завершил звонок.
Когда Егор добрался до кабинета Петра Ивановича, вечер уже перетекал в ночь. Казалось бы, ехать всего ничего, но московские пробки оказываются препятствием даже для колдунов. Раздражение схлынуло, и остались только грусть и усталость, которые, казалось, питали друг друга. Блуждание по сугробам, общение с лешим и Кощеем отняло у Егора неожиданно много сил как физических, так и душевных.
Кабинет Петра Ивановича условно делился на две половины: слева от себя вошедший видел рабочую зону с небольшой картотекой, шкафами и добротным дубовым столом, стоявшим прямо перед одним из двух окон. Справа, в самом углу, рядом со вторым окном, росла декоративная пальмочка высотой с человеческий рост, рядом с ней, у стены, стоял потрёпанный кожаный диван, перед которым расположился журнальный столик с застаревшими следами от кофе и чая. Все знали, что Пётр Иванович частенько засиживался на работе допоздна и ночевал прямо на этом диване.
— Я скучаю по временам, когда мне не надо было договариваться со всеми этими крючкотворами и крохоборами в дорогих костюмах, — принялся жаловаться Пётр Иванович вместо приветствия. — Я им говорю: «Будут человеческие жертвы», а им знаешь, что интересно? Как долго они в простое, видишь ли, будут! Сколько денег потеряют. Я им про жизни, а они мне про деньги. И в последнее время так всё чаще. Да нет, всегда так в последнее время. Не знаю, Егор, может раньше люди были иные, а может я был раньше иной и не замечал этого… Но очень я скучаю по временам, когда этим всем занимался кто-то другой, — он сокрушённо покачал головой, поднял взгляд на Егора и добавил: — Спасибо, что приехали.
Будто Егор мог не приехать.
— Садись, отдохни, — он махнул рукой в сторону дивана, — знаю, у тебя день тоже не был простым, — сказав это, он уткнулся взглядом в какой-то документ, лежавший на столе.
Егор опустился в обнявший его диван, и сразу как-то обмяк, растёкся. Голова потяжелела, а веки стали закрываться сами собой.
— Я вас для чего попросил приехать-то, — донёсся до Егора голос Петра Ивановича, — расскажите ка мне подробно, как обстоят дела в парке и ваши мысли по этому поводу.
Усилием воли Егор заставил веки открыться, сел прямее, чтобы меньше хотелось спать, и начал рассказ с того, как пришёл в парк и заметил, что что-то не так. Вместе с Хутхой они рассказали о встрече с лешим и девочкой-двоедушницей.
— В первую очередь, откуда, чёрт возьми, в небольшом парке взялся леший? Ты говоришь, он умеет путать тропы? — сказал Пётр Иванович, когда Егор и Хутха закончили рассказ.
— Мне показалось, будто в какой-то момент я очутился не в парке, а в древнем лесу.
— Вот! Ещё и с пространством умеет играть. Откуда он такой взялся то?
— Что-то в парке увеличивает количество… энергии. Думаю, леший родился как раз из этой энергии, — сказал Хутха.
— Надо как можно скорее найти источник этой энергии. А то, боюсь, мы получим ораву диких духов в густонаселённом районе. И что ещё за двоедушница? Они в городах давным-давно не появлялись.
— Не думаю, что она знает, в чём причина странностей, — сказал Егор.
— Я тоже, но двоедушницу нельзя оставлять без внимания. Нужно узнать, где она живёт, и откуда появилась. К тому же леший её, почему-то, охраняет.
— Может получится собрать информацию со школ в округе? — предположил Егор.
— Надо попробовать. Но на это понадобится время, — с сомнением сказал Пётр Иванович и замолчал, а после недолгого размышления продолжил: — Сделаем так. Вы с завтрашнего дня будете патрулировать парк. Главная задача — найти источник энергии. Если встретите диких духов… уничтожить.
Он снова сделал небольшую паузу, после которой сказал:
— На этом, пожалуй, всё. Идите домой, отдыхать.
Егор встал с нагретого дивана, вздрогнул от неожиданно вцепившегося в него холода и направился к двери, но на полпути остановился и спросил:
— Почему вы хотели пообщаться со мной с глазу на глаз? Почему я вообще в личном подчинении, а не в оперативной группе?
— Я уж думал, что тебе не интересно или и так всё понимаешь, — улыбнулся Пётр Иванович. — Ты мог заметить в наших рядах много колдунов разного пошиба, но вот шаманы — люди редкие. На всю Москву вас, кажется, трое, и, будь уверен, работы хватает у всех. Твои таланты слишком ценны, чтобы хоронить из в оперативном отделе.
— Тогда, может, поднимете мне зарплату?
Пётр Иванович улыбнулся и махнул рукой:
— Иди отдыхай. Думаю, ближайшие дни будут не простыми. Всё, давай-давай.
— Ну, попробовать стоило, — вяло усмехнулся Егор, выходя из кабинета.
До дома Егор добрался, едва держась на ногах, но всё же перед сном он заставил себя, как и каждый вечер прежде, покинуть тело и вплести ещё одну нить в «клинок души».
Хутха рассказал о «пурт’амевад» — клинке души — через несколько дней после битвы с сытыгахом. По его словам, это самое надёжное оружие шамана, но его нужно плести из нитей, сотканных из собственной души. Пурт’амевад не обычное оружие, а часть души владельца. Он не имеет постоянной формы, и только владелец решает, как «клинок» будет выглядеть.
Прежде чем лечь спать, Егор сел на пол, опершись спиной на кровать, и покинул тело. Он коснулся своей души, и с ужасной болью за пальцем потянулась тонкая, как паутина, нить. Казалось, что Егору в спину медленно вгоняют раскалённый гвоздь. Сердце бешено билось. После битвы с сытыгахом, покидая тело, Егор всё ещё отлично его ощущал. Наконец, нить отделилась от души и плавной волной затрепетала на эфемерном ветру. Медленно, Егор поднёс нить к правой ладони, на тыльной стороне которой появился тонкий, длинной в полторы ладони, луч света в форме лезвия. Когда Егор смотрел на него, ему всегда вспоминались зилоты протоссов. Нить притянулась к клинку и впиталась в него без остатка. Закончив, Егор вернулся в мокрое от пота тело. Извлечение нити с каждым разом было всё тяжелее. Может стоит сделать перерыв? Остаток сил ушёл на то, чтобы взобраться на кровать, и, как только его голова коснулась подушки, он провалился в беспамятство: на сны не осталось сил.
Предисловие автора
Два месяца я мучил этот рассказ (или он мучил меня, это как посмотреть), и решил, что пора-таки выложить. Прямо так как есть, хоть он до сих пор кажется мне не готовым. Но есть чувство, что либо я выложу его сейчас, либо так никогда и не доведу до того состояния, что буду считать его доделанным.
Хочу поблагодарить 26 человек, которые подписались на меня и, надеюсь, ждут продолжения моих историй. Осознание того, что моё творчество хоть кому-то нужно даёт силы писать, дописывать и мотивацию к тому, чтобы становиться лучше.
Приятного чтения!
***
Егор отхлебнул кофе и посмотрел на мужчину, который сидел за столиком по соседству. На его ботинке виднелся полупрозрачный бурый силуэт — бесёнок — который игрался со шнурками. Пару недель назад Егор начал замечать тени существ мира ду́хов, даже не выходя из тела. Оказалось, что они живут в домах, на улицах, на набережных, в переходах метро, в кафе и магазинах, да и много где ещё… Словом, всюду. Ху́тха сказал, что это от того, что связь Егора с миром духов окрепла.
Бесёнок на ботинке мужчины тем временем развязал шнурки и теперь, копошился, запутывая их в хитроумные узлы.
Мужчина допил свой кофе и собрался уходить. Поднимаясь, он заметил запутанные шнурки, чертыхнулся, и принялся развязывать накрученные бесёнком узлы, а виновник бардака спрятался за ногой и, казалось, смотрел прямиком на Егора.
Зазвонил телефон. На экране появилась надпись «Пётр Иванович. Шеф».
— Слушаю.
— Егор, привет. Ещё не в офисе?
— Нет.
— Хорошо. Заскочи, в Кусковский парк. Я ведь правильно помню, что тебе по пути?
— Да. А что там?
— Подозрительно много сообщений об активности. Надо б проверить.
— Понял, уже выхожу.
— Ты ещё дома, что-ли?!
— Нет, я, — Егор замялся, — кофе выпить зашёл.
— Ну-ка живо работать!
— Есть!
Егор завершил звонок, в два глотка допил оставшийся кофе и вышел на улицу. Несмотря на то, что уже была середина января, с самого утра шёл дождь. Холодные капли уныло шлёпали по остаткам грязных сугробов, а на дне луж спрятался коварный лёд.
Хутха куда-то запропастился. Когда Егор зашёл в кафе, грач остался ждать его снаружи, но, видимо, улетел по каким-то своим делам. В последнее время он часто где-то пропадал, а на все расспросы отвечал, мол и у него могут быть свои дела.
Придя в парк, Егор сразу почувствовал себя, что называется, «не в своей тарелке». Как будто бы сейчас ему здесь не место.
Чем глубже он уходил в парк, тем плотнее смыкалась вокруг зима. Если по всей Москве шёл дождь, сугробы наполовину растаяли, а на тротуарах были лужи, лёд и снежная каша, то тут, напротив, шёл редкий снежок, под деревьями расстелилось белое одеяло, присыпанное кое-где иголками, а дороги были покрыты притоптанным снегом.
Людей в парке было не особо много, лишь изредка навстречу попадалась гуляющая парочка или одинокий посетитель. Но Егора всё больше беспокоили силуэты, время от времени мелькавшие на самой границе зрения. Несколько раз он поворачивался, пытаясь их рассмотреть, но те всякий раз сразу пропадали.
Раздалось хлопанье крыльев. Плечом Егор ощутил знакомую тяжесть.
— Ты где пропадал?
— Дела, — ответил Хутха просто.
— Ты себе ворону нашёл, что-ли? — спросил Егор, и тут же ощутил звонкий подзатыльник. Он и не знал, что крылом можно так огреть.
— Ты б делом занялся лучше, — прокаркал Хутха. — Должен же хотя бы немного почуять, что тут не так что-то.
— Я и почуял, — ответил Егор с обидой, — только не пойму, что именно.
— Я пока тоже не пойму, — признался Хутха. — Пойдём дальше. Может разберёмся.
Чем дольше они бродили по парку, тем сильнее убеждались в том, что в тут опасно. Подо льдом в прудах что-то металось, будто готовое в любой момент вырваться и сцапать проходящего мимо посетителя, на краю зрения появлялось всё больше призрачных фигур и, казалось, даже слепленные давеча снеговики копили жизнь и готовы были вот-вот сойти со своих мест.
— Тут как-то слишком много… души. Настолько много, что из неё рождаются новые духи. Совсем юные. Они ещё не понимают, что они такое, и пробуют мир на прочность, — задумчиво сказал Хутха, и добавил: — Егор, звони Петру. Парк нужно закрыть. Людям здесь опасно.
Не мешкая, Егор достал телефон.
— Ты в парке? — спросил Пётр Иванович вместо приветствия.
— Да.
— Как обстановка?
— Тревожная. Хутха говорит, что парк лучше закрыть, не то могут появиться жертвы.
Пётр Иванович некоторое время молчал, затем ответил:
— Хорошо. Оставайся на месте, наблюдай за ситуацией. Если что-то случится, сразу оповещай. Я договорюсь о том, чтобы парк закрыли на какое-то время. И ещё вышлю тебе кого-нибудь в помощь.
— Хорошо.
— Всё, до связи, — сказал Пётр Иванович и сбросил вызов.
Егор свернул в сторону от приусадебного пруда и направился в дикую часть парка. Чем дальше он шёл, тем суровее становилась зима, гуще снегопад и выше сугробы.
Неожиданно, совсем рядом из-за дерева выскочила пламенно-рыжая лисица. Она в упор взглянула на Егора медными глазами, визгливо гавкнула и скрылась за деревьями, не оставив после себя ни следа.
Егор тут же кинулся вдогонку по протоптанной рядом тропе. Хутха, не удержавшись на плече, вспорхнул и каркнул:
— Куда?!
Лисица огненными сполохами мелькала между деревьями, но каждый раз, когда Егор добирался до места, будто растворялась в воздухе и появлялась вновь, но уже в десятке метров от Егора. Он не заметил, как тропа кончилась, и он оказался по колено в снегу. Не заметил, как совсем пропал городской шум, который пусть и становится тише, но никогда не смолкает полностью, когда гуляешь по Кусково. Егор опомнился только когда лес вокруг начал угрожающе трещать, а вдалеке послышался глухой рык. Его обступили деревья такие могучие и древние, что казалось, будто Егор угодил в самую чащу дремучего леса, под сводами которого давно не бывало солнечного луча. Снега тут оказалось намного меньше, и идти стало легче.
Лисий хвост пламенел за деревом впереди, и Егор бросился туда, но почти сразу рыжий огонёк хвоста пропал, будто кто-то задул свечу. Когда Егор дошёл до дерева, там уже никого не было. Ни следа. Он услышал, как на ветку дуба прямо над ним прилетел Хутха, и принялся озираться вокруг.
— Прибежал прямиком в ловушку, дубина, — пенял Хутха.
— Я подумал, что лиса как-то связана со странностями парка, — принялся оправдываться Егор, — это ж явно дух.
— Тут ты прав, связана.
В этот момент из-за деревьев неподалёку, вышла девочка, лет четырнадцати. Она зевала и потирала глаза, будто только что проснулась. Она была без шапки, в куртке, которая явно ей велика, джинсах и поношенных кроссовках. Русые волосы её доходили почти до пояса.
— Всё интереснее и интереснее, — тихо проговорил Хутха.
— Ты потерялась? — спросил Егор, собираясь подойти ближе, но Хутха предостерёг его:
— Стой.
В этот самый миг ель, под которой стояла девочка, ожила. Её ветви удлинились и стали больше напоминать лапы или, даже, руки. Существо резко согнулось, и, взметнув фонтан снега вперемешку с комьями мёрзлой земли, ударило ветвями о землю между Егором и девочкой. Присмотревшись, Егор разглядел в кроне нечто, отдалённо напоминавшее уродливое, непропорциональное человеческое лицо.
— Тут не должно быть лешего, — сказал Хутха удивлённо, — лес слишком мал.
Леший молчал.
— Мы не причиним вам зла, — добавил Егор.
Егору показалось, что на уродливом лице он заметил сомнение.
— Ты видишь меня, — прокаркал Хутха, — если бы мы были врагами, ты уже погиб бы.
— Нет, — ответил, наконец, леший. Гулким, протяжным голосом, в котором слышались шелест листвы и треск ветвей. — Ты старый. И могучий. Из далёких мест. Но и я не слаб.
Он говорил медленно, будто вспоминая слова, и совсем простыми фразами.
— Кто эта девочка? — спросил Егор.
— Ей нужна помощь.
— Ты защищаешь её потому что ей нужна помощь?
— Да. Она потерялась.
— Конечно, — ответил Хутха, который сел на лиственницу, поближе к лешему, — она же двоедушница.
— Помогите ему! — неожиданно выкрикнула девчонка.
— А что с ним случилось? — удивился Егор.
— Он дичает, — ответил Хутха. Слышишь, как разговаривает? Как будто ему приходится вспоминать, как это вообще делать.
— И что будет, когда он одичает?
— Его придётся убить. Или он начнёт убивать людей в парке.
— Вы поможете?
Леший водил глазами от Егора к девочке, потом к Хутхе и снова к Егору. Было видно, что он едва поспевает за разговором.
— Постараемся, — ответил Егор. — А ты кто такая? И как сдружилась с лешим?
— Оксана, — ответила девочка. Я тут не далеко живу. У Новогиреево. И часто прихожу сюда. Ли́се тут нравится.
— Ли́ся — это твоя вторая душа? — спросил Хутха.
— Наверно… — неуверенно ответила Оксана, — она живёт вместе со мной. Тут, — девочка ткнула пальцем себе в грудь.
— А кто твои родители? — спросил Хутха.
— Мама Лена. Я с ней живу. А папу я не знаю.
— Понятно. Мы тебе обязательно поможем, — сказал Егор, и обратился к лешему: — Как думаешь, от чего ты теряешь рассудок?
Некоторое время монстр стоял, недвижимо, будто не слышал вопроса. Затем вздрогнул, сбрасывая оцепенение, и ответил:
— Нет.
— И на что ты рассчитывал, — пробормотал Хутха и добавил: — как давно начались изменения?
— Не знаю.
Хутха перелетел на плечо лешему и принялся клевать его в голову, приговаривая:
— Бесполезное полено! Ты хоть что-нибудь знаешь?!
— Эй, ворона, не обижай лешего! — возмутилась Оксана.
— Он грач, — машинально поправил её Егор.
Леший принялся неуклюже отмахиваться, и Хутха перелетел на соседнюю сосну.
— Пойдём. Тут мы больше ничего толкового не узнаем.
— А нас леший отпустит? — с сомнением спросил Егор.
— А куда он денется? Так ведь, деревяха?
— Ступайте, — ответил леший.
Егор с Хутхой на плече побрёл обратно по своим же следам. Постепенно деревья стали тоньше, ниже, моложе. Посветлело, послышался шум автомобилей. Зазвонил телефон. Номер не определён.
— Алло.
— Да неужели! Ты же Егор?
— Да.
— Я Антон. Меня отправили тебе в подмогу. Ты где?
— В парке.
— Правда, что-ли? — съязвил Антон. — Я вот, представь себе, тоже! Где тебя искать то?
— Я… — Егор осмотрелся. Вокруг только деревья и снег. — Трудно сказать. Можешь мне скинуть геометку? Я подойду.
— Окей. Только не тормози. Задолбался я уже тебя по всему парку искать.
— Да, да, конечно.
Егор завершил звонок. Вскоре в «Telegram» пришло сообщение от пользователя «gorec». Геометка показывала на место рядом с усадебным прудом. Егор сверился со своим местоположением на карте: идти минут пять. Совсем недавно парк казался Егору намного больше.
Антон дожидался Егора на небольшой поляне неподалёку слева от приусадебного пруда. Там же оказалась большая серо-зелёная палатка, из которой выглядывала чёрная печная труба. Горецкий, казалось, не чувствует холода, он был без шапки, в серой толстовке с капюшоном и не застёгнутой тонкой ветровке.
Стоило выйти из леса, как Хутха, сказав, что хочет ещё раз осмотреть парк, улетел.
— Ты что, за кроликом в нору убежал? — спросил Антон, когда Егор подошёл.
— Да нет, — опешил Егор.
— Расслабься, я пошутил, — улыбнулся Антон, и пошёл к палатке. — Ты с этим вороном прям как настоящий сказочный колдун с фамильяром!
— Не люблю сказки.
— А чего так?
— Да волшебство сказочное как-то не по мне.
— Странно слышать такое от колдуна, — сказал Антон, входя в палатку. Егор последовал за ним.
Внутри стояло два стола: письменный и обеденный, несколько раскладных стульев, буржуйка, в которой горел огонь и трубу от которой Егор видел снаружи, небольшая газовая плита на две конфорки и баллон с пропаном рядом с обеденным столом.
— А что тебе нравится? — спросил Антон, когда за Егором опустилась тяжёлая материя «двери».
— Фантастика, космос.
— Например?
— «Звёздные войны», — принялся вспоминать Егор, — «Пятый элемент», «Старкрафт»…
— Так Звёздные войны — то же фэнтези, только в космосе, — усмехнулся Антон.
— Чего это фэнтези?
— Ну сам подумай! Сила — та же магия, её никак научно не объяснишь!
— Так медихлорианы…
— Чушь дебильная, — отмахнулся Антон, — Призраки силы тоже в медихлорианах хранятся?
На это ответить было нечего. Антон подошёл к плите, включил газ и пальцем поджёг конфорку.
— Ты это как…?
— Волшебство, — ухмыльнулся Антон, взял старенький железный чайник и поставил на огонь. — А «Властелин колец» ты не смотрел?
— Нет, — признался Егор, — как-то не довелось…
— Зря. Посмотри, уверен, тебе понравится. Только книгу не читай.
— Чего это? Думаешь, не осилю?
— Ну ты ж волшебство не любишь, а там оно в каждой строчке, — усмехнулся Антон. — Ладно, садись, расскажу тебе, что мы все тут будем делать, и какая у тебя роль.
Антон рассказал, что СКоР организовал патрулирование парка и выставил на всех входах оперативников, что бы те не пускали в парк гражданских и следили, чтобы из парка не выбралась какая-нибудь нечисть. От Егора ожидают, что он найдёт источник странностей и доложит начальству, которое уже будет решать, что с этим делать.
Специально для Пикабу решил проверить неформатную угадайку, которую я давно видел в ентих ваших ТукТоках. Суть простая, я вам 3 актёров, вы мне фильм, где они снимались. Добавлю опросники, которые уже полгода существуют, но в приложение до сих не поддерживаются. Пользователи приложения, не переживайте, там будут варианты типа "угадал/не угадал", ничего не теряете. Ну-с, поехали!
Ответ: "Властелин колец: Братство кольца" и "Властелин Колец: Две Крепости". В Двух Крепостях все троя, емнип, появляются только в режиссёрской версии. В Возвращение короля я не помню Шона Бина. Да, вопросики пока что будут простенькие, покатаем формат.
Ответ: Все три появлялись в фильме "Криминальное Чтиво".
Ответ: сам я, походу, провалил бы этот тест... Напрочь выпал из головы Бролин и уж тем более Томми Ли Джонс. Это фильм "Старикам тут не место".
4. Том Харди, Киллиан Мерфи, Марион Котийяр
Ответ: а тут у меня категорически вылетел из головы Том Харди, вообще его не помню в фильме. Но "Начало" Нолана узнал бы по Мёрфи и Котийяр. Также, в комментах напомнили, сюда подходит "Темный рыцарь: Возрождение легенды". Тут два правильных ответа.
Ответ: у меня, походу, очень плохая память на лица и имена, поэтому я сейчас, когда выбирал фильм для пятого вопроса, охерел, что соседка из 406-й комнаты в фильме "Добро пожаловать в Зомбиленд" есть главная сруля всего Голливуда, Эмбер. По Эмке и Биллу фильм, конечно же, легко определяется. Если вдруг ещё не поняли, это "Добро пожаловать в Зомбиленд".
Ответ: очередной фильм, в котором я актёров вспоминал через гугление их персонажей. Спасибо, что подписываются. Фильм "Банды Нью-Йорка".
Ответ: интересно, почему во всех источниках он Райли, если он Reilly. Это по каким правилам чтения, я чёт пропустил? А фильм этот "Что гложет Гилберта Грейпа", единственный из списка, который я не смотрел.
Ответ: это максимально простенько, все актёры из списка центральные. Загадан потрясающий новогодний фильм "Залечь на дно в Брюгге"
Ответ: нет, это не "Тайна печати дракона" или как там его, где снимались Арни и Джеки. Там не было Джима Бронбента. Надеюсь. Я проверил. Тут загадан фильм "Вокруг света за 80 дней" 2004 года.
Ответ: опять тот случай, когда я гуглил актёров и офигел. Вот не ожидал я в фильме "Комната страха" увидеть Лето, хоть и смотрел фильм раза три. И я не хотел сюда добавлять ни Джоди, ни Фореста Уитакера, так как фильм сразу считывается. Но другого именитого актёра в тройку к Кристен и Джареду в фильме не нашлось, добавил Джоди. Форест со своим опущенным веком запоминается в каждом фильме, в котором появляется.
Сейчас я вас попрошу проявить активность, так как это первая неформатная угадайка. Да, у меня уже вышло 35 угадаек по географии, биологии и истории, но не по фильмам. Поэтому важно, чтобы вы дали отклик: плюсик, комментик, донатик или ответили в следующем опросе. Ну или минус, оскорбления в комментах и игнор, если вам неинтересно такое. Этот формат, если вам зайдёт, будет с небольшой переодичностью поститься.
Всем спасибо за внимание! Надеюсь я внёс разнообразие в вашу ленту. В моём канале "Естественно знаем" ежедневно выходят тесты, в основном по биологии и географии. Также вы можете поддержать выход угадаек донатом!
